— Никто и не заметит фарса. А потом переоденусь в камзол, его — то швея твоя ушьет.
Гордон без бороды и постриженный, оказался привлекательным молодым человеком. Черноглазым, как и я. Брови в стиле «Песика», внешность милого авантюриста.
Проблема номер два. Нет коня.
Решили ночью деревню взбаламутить. Гордон шума наделал прилично.
— Я рыцарь Асприн прямиков от герцога! Конь мой издох по дороге, загнал в спешке! — Кричит, доспехи скрипят, гремят при каждом шаге, словно детская погремушка, очень большая погремушка…
— Асприн! — подыгрываю.
— В дом скорее!
— Через неделю войско мое подоспеет! — Переигрывает. — Герцог за хозяйство посмотреть хочет, как дела у вас! Прислан проконтролировать! Ежели все в упадке, на Поляну миров красный ирис добывать всех погонит!
Сама выбежала, за ним. Под светом факела доспехи красные блеснули. Мира с Полей их наскоро хорошо отполировали, заметила, что им это в удовольствие было. Тащу за собой это пугало огородное, из — под забрала смеющееся.
В домах свечи зажглись, зеваки смотрят.
Умиляясь подумала, завтра сороки разнесут весь на все деревни.
Так и вышло. Но нам сейчас было не до этого. Прошлась по деревне, всех активировала, зашевелились. Тем временем Гордон переворачивал весь дом в поисках документов. Мира с Полей ему в этом помогали с особым удовольствием.
Тайник нашли! Он оказался на чердаке под кирпичиком, из которых дымовая труба состоит.
Завернутый в ткань рулон и оказался грамотой. А еще мешочек камней разноцветных Гордон передо мной поставил на трельяж.
— Честь по чести, — говорит. — Каменья ценные, казна баронская небось. Вот и решение твоих проблем.
— В грамоте что написано? Скажи, миленький, что читать умеешь! — Встрепенулась, мешочек в сторону откладывая. Мне все это стекляшки, на сокровища не падкая.
— Что ж, не уметь, у графа писарем был, грамоту знаю, — важно отвечает.
Из-за плеча Мира выглядывает.
— Мать зови сюда, — рычу на нее. — Уши развесила.
Выскочила с обиженным видом. Гордон прочел рулон ветхий заинтересованно.
— Все верно, — произнес заключением.
И я снова задышала…
— Давай к Шоберту собираться, — поднялась, ладоши потираю деловито.
Посмотрел на меня скептически.
— Знаешь, почему барон грамоту прятал? — Говорит с укором. — Чтобы никто ее не увидел из спорщиков. Потому что ее только графу предъявить можно, или герцогу при споре. Увидела правоту на бумаге, убери, за свое стой словами. А не бумагой. Пойдем туда вдвоем. Шоберт грамоту отберет, сил у него много. И сожжет, считай все.
