Мы любим критиковать чиновничью власть за дела поганые и безделие преступное. Именно о таких моментах говорил А.С. Пушкин: «Я конечно, презираю отечество моё с головы до ног — но мне досадно, если иностранец разделяет со мной это чувство».
Ну сколько можно?
Этой статьей Сергея Черняховского хочется завершить «хождение по мукам» многострадальной Катыни. В интервью польским СМИ, данном накануне официального визита в Варшаву, Медведев в очередной раз обвинил «сталинский режим» в расстреле польских военнопленных под Катынью.
Он заявил:
«Государственная дума вчера приняла соответствующее заявление на эту тему, очень важное заявление, на мой взгляд. Всё это отражает изменения в общественном сознании. Но я считаю, что подобные изменения должны происходить не только в России. Для того чтобы нам привести наши отношения на новый уровень, на партнёрский уровень, на уровень, ориентированный в будущее, на стратегический уровень, изменения должны произойти и в общественном сознании Польши, должен появиться новый взгляд на новую Россию».
То есть эти обвинения со стороны президента РФ — прямое заискивание перед Польшей. Стремление получить от неё некое вознаграждение за признание вины своих «неправильных» предшественников: «Посмотрите, какие мы стали хорошие и послушные. Мы признали свою вину перед вами, мы каемся и хотим, чтобы после этого вы стали нашими стратегическими партнерами».
Вести себя так — тем более президенту одной из ведущих держав мира — даже с прагматической точки зрения глупо и неэффективно.
Потому что сторона, которая идет на такое самоунижение, не может другой стороной рассматриваться в качестве равноправного партнёра, не говоря уже о более серьёзных отношениях. В мировой политике уважают в первую очередь тех, кто сам обладает уважением к себе. А того, кто пытается добиться уважения к себе и признания своих достоинств при помощи односторонних уступок, рассматривают как заслуживающего лишь максимальной жесткости и дальнейшего давления.
Это — аксиомы. И в самом интервью Медведева присутствует следующее признание:"
"«Я вспоминаю начало 90-х годов. я тогда был молодой юрист. А в России и в Польше произошли изменения и в общественном устройстве, и в устройстве экономики. В Петербург периодически приезжали польские бизнесмены, как правило, небольшие, которые хотели развивать отношения с Россией.
