Думаю, что если он этого не делал — значит такова была его принципиальная позиция по этому поводу. Демонстрировать статус одеждой ему явно необходимости не было, все и так знали, что он из себя представляет.
Рукопожатие твердое, уверенное… Ну разумеется, какое оно еще должно быть у этого человека?
— Рад с вами познакомиться, Владимир Михайлович. Вот, Его Императорское Величество, решил наконец устроить нашу встречу. Хотя я желал, чтобы это произошло несколько раньше.
— Говорят, все что не делается, все к лучшему, — ответил я.
— Это точно, — улыбнулся Николай Александрович и указал мне на третье свободное место за столом. — Присаживайтесь, граф.
Я сел за стол, расторопный слуга разлил нам вина по бокалам, а затем исчез из комнаты, будто в воздухе растворился.
— Прошу любить и жаловать, Максим Иванович Шувалов, — кивнул в сторону князя Романов. — Но, думаю, вам и без моего представления это прекрасно известно.
— Разумеется, — ответил я. — Наслышан.
— Воображаю себе… Никого не слушайте, граф, — посоветовал мне Шувалов.
— Однажды мне доложили будто в народе говорят, что я по выходным я ем младенцев. Так вот — это наглое вранье, на самом деле я их ем по пятницам, да и то, если на этот день выпадает тринадцатое число.
— Хороша шутка, этого я еще не слышал, — рассмеялся Император и поднял свой бокал. — Ну, предлагаю для начала отужинать, а уж потом и пошутим, и всерьез поговорим.
За разговором ни о чем и в то же время обо всем понемногу, мы довольно быстро расправились с телячьими отбивными, которые подавали с засахаренным беконом и зеленой фасолью с голубым сыром.
Затем пришел черед вкуснейших шоколадных пирожных с вишней, которых я съел аж три штуки. Я бы съел и больше — очень вкусные заразы оказались, но это было бы наглостью с моей стороны. Нужно же оставить хоть немного и Императору с князем.
Покончив с едой, мы вновь вернулись к вину, и Романов, как и полагается, повел разговор, который должен был прояснить цель нашей встречи. Начал он с вопроса ко мне:
— Ну, граф, теперь рассказывайте, что вам еще известно о князе кроме его своеобразных кулинарных пристрастий, которыми он с нами поделился?
— Нет, почему же.
Слухов много, вот только не знаю каким из них стоит верить.
— А вы начните с какого-нибудь одного, который вам кажется вполне вероятным, — посоветовал Николай Александрович.
— Говорят, что Максим Иванович только официально министр юстиции, а неофициально глава всего сената и ваша правая рука.
