В какой-то момент мне показалось, что животному сейчас не миновать на орехи, но нет — к моему удивлению отчаянный усач даже бровью не повел. Будто ее и не было совсем. Так продолжалось минут десять, пока рогатая сама не ушла.
— Какая загадочная страна, — сказал я, задумчиво провожая ее взглядом.
— Это у них священная тварь, — улыбнулась Соловьева. — Их нельзя трогать.
— А таксист? — спросил я.
— Тебе нужен мой ответ или сам догадаешься? — пожала плечами Василиса и улыбнулась.
Еще на что я обратил внимание, это обилие решеток на окнах многоэтажных домов.
Причем они были и на балконах, и на маленьких окошках, и даже на совсем крохотных. Такое ощущение, что здесь просто какой-то культ металлических решеток.
— Почему везде решетки? — спросил я.
— Незваные гости, — ответил наш неунывающий усач и пожал плечами. — Воррры, птицы, обезьяны…
Мне показалось, что мы ехали около часа и, несмотря на безостановочно работающий кондиционер, дорога показалась мне выматывающей и мучительной. Бомбей напоминал мне какую-то сплошную пробку, по сравнению с которой Московские улицы были пустынными загородными трассами.
Марин-Драйв оказалась довольно приличных размеров набережной, протянувшейся вдоль неизвестного мне залива.
Мы с Василисой вышли из машины и оказались возле шикарного, напоминающего дворец небольшого отеля.
— Имперрриал Отель, — поспешил сообщить нам наш могучий усатый друг с чудовищным акцентом. Видимо ему не так уж часто приходится общаться на общем языке, даже с учетом того, что он находится в свите сына раджи.
"
"Осмотревшись по сторонам, я заметил, что самого Джасвиндера с нами уже не было. Значит он покинул нас где-то по пути. Да ладно, неужели нас оставили в покое и дадут отдохнуть до операции? Но мои надежды оказались тщетны.
— В пять часов ррраджа будет ждать вас! — выстрелил наш сопровождающий, затем грозно посмотрел на отряд отельных слуг, в нетерпении ожидающих команды взяться за наш багаж.
Он нахмурил брови, что-то протрубил и началась суета.
Затем еще раз улыбнулся нам на прощание и уехал.
— Володь, что он там кричал? — услышал я голос Мирона Сазонова. — Во сколько операция?
Я повернулся и увидел как тот тоже растерянно смотрит на снующих вокруг индийцев, бегающих с нашими чемоданами.
— Операция… Еще в пять часов к радже поедем, — вздохнул я.
— Зачем?
— Бананы будем трескать на скорость.
* * *Хоть поспать нам и не дали, зато ехать далеко не пришлось, и это было просто прекрасно.
