– Стоп! – подпрыгнула Краузе.
– Прилагательного «черная» и приставки «афро» я не произнесла, – удивилась я. – Теперь что?"
"– Шуба, – закатила глаза Роза Леопольдовна. – Нас раздерут в клочья защитники животных. Слов «шуба», «мех» лучше не упоминать.
– Но это ее родная шерсть, – возразила я, – она с ней родилась!
– Все равно, – уперлась Краузе, – к нам могут придраться! Говори по-другому. Начали.
– Здрассти, – закряхтела я, – меня зовут Фира. Я мопсиха. Это все, что я могу о себе сказать. Обожаю готовить! В особенности блюда из мяса.
– Стоп! – замахала руками Краузе. – Мясо! Опасная тема.
– Она собака, – начала оправдываться я, – поэтому любит бифштексы. Правда, они Фируше не достаются, разве что она сама их со стола украдет. А поскольку мопсихи трудятся у плиты, они должны любить все, что сварили, пожарили, испекли.
– Лучше скажи: огурцы, – пробормотала Роза, – мясо сложная тема. Вегетарианцы, зожники, диетологи забросают аккаунт камнями.
– Кто такие зожники? – спросила я.
– Они ведут здоровый образ жизни, – объяснила Краузе.
– Начали.
– Здрассти, – проскрипела я, – с вами мопсиха Фира, обожательница овощей, фруктов и прогулок под луной. Мне четыре года…
– Стоп, стоп! – занервничала создательница кулинарного аккаунта.
Я молча посмотрела ей в глаза.
– Фирусе четыре года, а она гуляет под луной, – прошептала няня, – это плохо!
Я потрясла головой.
– Почему?
– Те, кто блюдет права несовершеннолетних, придут в ужас, – отрезала Роза.
– Она собака, – в который раз напомнила я.
– Все равно нехорошо, – стояла на своем няня, – не каждый сообразит, что с экрана вещает мопс, решат, будто у нас ребенок детсадовского возраста по ночам во дворе шляется. Настучат в органы опеки, приедут чужие люди, увезут Фирушу в приют! Или…
Краузе схватилась за голову.
– Киса! Они решат, что речь идет о девочке младшего школьного возраста! Они подумают, что слова «прогулки под луной» – это призыв к… к… к… Ну, ты понимаешь, к чему приводят прогулки с несовершеннолетней! Лампуденька, солнышко, учти все нюансы, обойди ловушки, минуй подводные камни.
– Попытаюсь, – пробубнила я.
– Начали! – объявила Краузе.
– Здрассти, – взвизгнула я, – меня зовут Фира!
– Стоп! – выпалила Краузе.
Наверное, я отлично вжилась в роль собаки, потому что впервые в жизни испытала желание укусить человека.
– Фира, Фира, – бормотала тем временем няня, – что-то тут не так! Назовем ее Мария Ивановна!
– Но мопсиха с рождения Фира, – возразила я, – это красивое имя.
