— Ой, будто ты ничего не знаешь и не понимаешь? У тебя у самой уже свадьба скоро назначена, тоже не мешало бы задуматься о том, каково будет спать с мужем в одной постели, — закатила глаза Лесли.
Дениз стала пунцовой.
— Ладно, а что с Ренслиром? — продолжила Лесли, не став развивать тему.
— Я люблю его, — выдохнула и будто все встало на свои места. Я призналась себе в этом. Хотя… — И он меня бесит. Мы редко понимаем друг друга. Ругаемся вечно. Он умудряется все время говорить что-то, что меня задевает. И сама я рядом с ним боюсь что-нибудь ляпнуть.
Но все равно — люблю. Рядом с ним сердце колотится, как бешенное, и губы горят от желания, чтобы поцеловал, а еще…
— Ой, хватит-хватит! — заверещала Дениз и закрыла уши ладонями, — я вас не слушаю, слышите, не слушаю! Неприлично такое обсуждать! — хотя очевидно, что продолжала подслушивать, как маленькая.
— Неприлично было бы выйти замуж за одного и думать все время о другом, — заметила Лесли.
— Я знаю, — закрыла лицо руками. — Я должна отказать Мэтью.
Но…
— Но?
Я закусила губу, глаза опять заслезились, но я постаралась сдержаться, часто моргая:
— Наверное, я так никогда не выйду замуж. Я люблю Ренслира, но он не сделает мне предложение. А Мэтью нельзя обманывать.
Дениз сочувственно взяла меня за руку, прекратив притворяться, что не слушает «неприличные» разговоры:
— Может, все еще образуется, и ты сможешь выйти за любимого? — протянула она.
— А что такого плохого в том, чтобы остаться одной? — одновременно произнесла Лесли. — Я вот одна, и ничего.
— Ты не понимаешь! Брак — это замечательно, это счастье, это… — зашипела на подругу Дениз.
— Это тебе повезло, что выходишь замуж за любимого. А брак без любви — это не счастье, а удавка на шее, которую всю жизнь влочить придется, — жестко отбрила Лесли. — Да даже если и по любви, люди меняются, кто знает, что будет в будущем и как кто изменится. Муж начнет пить, бить, изменять, придется выплачивать его долги, во всем отказывать себе и детям…
— Лесли! — возмутилась Дениз, — ну, не у всех же так!
Я только вздохнула.
Не от благополучной и богатой жизни девушки шли работать и жить в пансионах, вроде нашего.
Дениз, однако, не теряла оптимизма, погладила меня по руке:
— Не волнуйся, Ренслир любит тебя и однажды сделает предложение, и вы будете вместе по-настоящему счастливы.
Но я отрицательно покачала головой:
— Мы не можем быть вместе. Лучше мне вообще больше с ним не встречаться.
— Но почему? — Дениз заглянула мне в глаза.
