— Ты вообще думаешь, что делаешь?
Действительно, сейчас волосы мои были черными и волнистыми, как у обеих жертв, которых я видела своими глазами. В целом я постаралась свою внешность изменить, переняв их общие черты: большие темные глаза, брови вразлет, смугловатая кожа, пухлые губы. Носы у девушек были разные: у Анны аристократичный профиль с небольшой горбинкой, а вот у Агнии — немного вздернутый, поэтому я выбрала нечто среднее — просто ровный нос, пропорциональный получившемуся лицу. Я экспериментировала перед зеркалом, создавая свою внешность, когда меня застала Софи.
Пришлось рассказать ей о деле, и она решила помочь и выдала мне для конспирации свое лучшее платье, которое ей подарил Томас для встречи с его родителями. Тот ужин прошел удачно, поэтому Софи считала, что этот наряд принесет мне удачу и в расследовании тоже.
Перестав строить из себя дурочку, я спокойно посмотрела в глаза Ренслиру:
— У нас нет времени, чтобы следить за этим гадом, поэтому легче будет его спровоцировать. К тому же, ты же рядом, а за ним установлена слежка.
Мне ничего не угрожает.
Ренслир тяжело вздохнул и закатил глаза, уставившись на темное небо. Потом уже вежливо уложил мою руку на свой локоть и повел к нанятому экипажу:
— Хорошо. Тогда после ресторана я провожу тебя до своей квартиры, — я удивленно дернулась, ничего же не предвещало! — а после выведу через заднюю дверь уже в настоящем виде. Нельзя приводить убийцу к твоему пансиону.
— Ну, да, ты прав, — потупилась я, сообразив, что не учла этого. Приводить убийцу к дому, где живет множество беззащитных девушек, часть из которых брюнетки, как ему нравится, было очень опрометчиво.
— Как насчет его алиби?
— Его нет. Во время каждого из похищений подозреваемый брал отгул: то по болезни, то чтобы навестить болеющую родственницу. Директору пришлось принять его по приказу хозяина, вроде как он является каким-то дальним родственником друзей семьи, поэтому на его прогулы смотрят сквозь пальцы.
— О том, кто такая Алисия, все еще ничего не удалось выяснить? — уточнила я.
Ренслир отрицательно покачал головой. — А вообще что-нибудь о его прошлом?
— Из купцов, отец заложил фабрику и прогулял состояние, потом застрелился. Его мать с детьми вынуждена была жить приживалкой по родственникам. Потом он вырос, кое-как отучился на курсах управленцев, но сменил уже множество работ, нигде не в силах удержаться слишком долго. Только на этой работе он продержался дольше года, но только благодаря своим родственным связям.
