Открытая карета довезла нас до рабочего района с узкими улицами и плотно прижатыми друг к другу домами. Это были кварталы рабочих, но выглядели они довольно прилично: бегали вокруг стайки мальчишек, прогуливались чинно женщины с младенцами в двухэтажных деревянных колясках: на верхнем этаже младенец в пеленках, а ниже корзинка с продуктами. Сойдя с подножки кареты, я растерялась, не найдя номеров домов. Нам нужен был дом сто шестьдесят три, корпус Б, третий подъезд, квартира шестнадцать.
— Ей, малышня, — прикрикнул Ренслир, крутя в пальцах мелкую монетку, — кто нас проводит до дома сто шестьдесят три корпус Б?"
"Мальчишки засуетились, обрадовались, и пошли провожать целой толпой.
По дороге Ренслир принялся выяснять, кто живет в доме. Это было многоквартирное здание с небольшими апартаментами на одну-две комнаты, где жили рабочие местного завода. Про людей, обитающих в нужной квартире, сказали, что она из зажиточных — семья бригадира рабочих, верх благополучия, пик карьеры рабочего.
Я даже засомневалась, что такой состоятельный по местной мерке человек, мог жениться на бывшей проститутке.
Оказавшись у нужного дома, Ренслир расплатился с мальчишками, и те убежали покупать сладости, а мы потопали по темной узкой лестнице на второй этаж. Не к месту вспомнилось, что когда-то до распространения лифтов именно нижние этажи домов считались самыми престижными, а вот жилье под самой крышей, хоть и с красивым видом, было самым дешевым, ведь туда нужно долго подниматься по лестнице.
Второй этаж, наверное, некий баланс между престижем, удобством и дешевизной.
Найдя нужную квартиру, Ренслир постучался, из-за двери слышался детский плач. Пришлось стучать еще несколько раз, прежде чем ручка двери повернулась, дверь приоткрылась на длину цепочки, которую никто не снял, и показалось бледное девичье лицо.
— Рыжая Жози? — строго спросил Ренслир.
Девушка ахнула, и дверь поспешно захлопнулась. Вновь послышался детский плач, на этот раз еще более громкий, чем прежде.
Ренслир нахмурился и занес руку, чтобы еще раз постучать, но я поспешно отстранила его от двери и аккуратно постучала сама:
— Простите, не волнуйтесь, мы не сделаем вам ничего плохого. Мы просто хотим поговорить.
— Нет тут никаких «рыжих Жози»! — послышалось из-за двери, — убирайтесь!
— Мне ваш адрес дали в… месте, где вы раньше работали. Пожалуйста, откройте. Я просто хочу с вами поговорить.
