Да и женщины-свидетельницы вряд ли будут с вами разговаривать, а вот если мы пойдем вместе, то они смогут раскрыться…
— Женщины обычно не любят суккубов и чувствуют к ним подсознательную антипатию.
— Это если суккуб не может сдержать свою природу и клеится ко всем мужчинам подряд, — отмахнулась я. — Давайте хотя бы попробуем.
— Ладно, — наконец, вздохнул Ренслир, — я зайду завтра архив и посмотрю дела, которые вы нашли.
Он изящно поклонился мне, приподняв свой цилиндр и, не забыв про трость, покинул пансион, а я осталась на месте, смотря ему в след.
— Я все равно не позволю вам навредить репутации пансиона, — послышалось позади едва слышное злобное пыхтение.
Вздрогнув, я обернулась и наткнулась на мрачный взгляд Веленсии.
— Я не собираюсь никому вредить или позорить, — тяжело вздохнула я. — Просто помогаю в расследовании преступления.
— Эти свои сказки оставьте для хозяина, он верит в эти бредни, — прошипела она, — я-то вижу, как этот следователь на вас смотрит.
Ни за что не поверю, что между вами только деловые отношения. И вообще, где это видано, чтобы женщина помогала в расследованиях?! Просто отговорка для наивных. Так что помните: я буду следить за вами. Едва вас начнет тянуть на соленое или тошнить по утрам, вылетите из пансиона, как пробка из бутылки!
— Что?! — я даже не сразу сообразила, а, когда сообразила, густо покраснела, — у нас совсем не такие отношения! Он мне вообще не нравится, мы с ним вечно ссоримся!
Но Веленсию это совсем не убедило.
Она прищурилась, всем видом будто говоря: «я слежу за тобой», — и ушла.
— Она просто видит то, чего нет, — пробормотала я себе под нос и прижала руки к горящим щекам. Посмотрела на себя в зеркало: глаза блестят, покраснела вся, как девчонка, которой в след прокричали «тили-тили-тесто, жених и невеста!» — И совсем мне не нравится Ренслир. И я ему вообще не симпатична, — еще раз повторила я, пытаясь убедить саму себя.
На следующий день бежала на работу, словно в одно место ужаленная.
Во время завтрака соседки на меня косились и перешептывались, пытаясь понять, как так случилось, что я вчера нарушила комендантский час, а меня не выгнали. Кажется, ничего хорошего они не надумали: мне вслед неслись шепотки и хихиканье, сплетни распространялись по дому и обрастали придуманными подробностями, из пансиона они, будто заразная болезнь, перекинулись и на женский персонал полицейского участка.
