Макс и Наоми сидели рядышком, уткнувшись в экраны и разложив перед собой бумаги. В руках у них дымились кружки со свежезаваренным чаем. Кара устроилась напротив. Ее рабочее место напоминало свалку: листы бумаги, тетради и ручки в беспорядке валялись прямо на клавиатуре ноутбука.
– Привет, Пип, – улыбнулась Наоми. – Как дела?
– Спасибо, хорошо, – выдавила из себя Пиппа неожиданно хриплым голосом и взглянула на Макса. Он тут же отвел взгляд и уставился в свою кружку. Чай был красивого насыщенного цвета.
– Привет, Макс, – многозначительно произнесла она, вынуждая его посмотреть ей в глаза.
Он улыбнулся, не разжимая губ; для Кары и Наоми это, возможно, сошло бы за приветствие, но Пиппа безошибочно угадала гримасу.
Она обошла стол и со стуком уронила рюкзак прямо напротив Макса. Крышки всех трех ноутбуков затряслись.
– Пиппа обожает домашние задания, – объяснила Кара для Макса и поводила мышью по коврику, возвращая компьютер к жизни. – Как увидит, так сразу набрасывается. Садись, подруга.
Она подтолкнула к Пиппе стул. Ножки громко заскрипели по полу.
– Что с тобой, Пип? – спросила Наоми. – Чаю хочешь?
– Чего уставилась? – буркнул Макс.
– Макс! – Наоми стукнула его по руке стопкой бумаги.
Боковым зрением Пиппа видела недоуменное лицо Кары и все же продолжала буравить взглядом Наоми и Макса. Ее охватил гнев; даже ноздри раздулись. Пока Пиппа не увидела воочию эту парочку, она не знала, что способна на такие ощущения. Думала, что испытает облегчение – потому что все позади, они с Рави завершили расследование.
Однако увидев их лица, она буквально закипела. Это уже не маленькие недоговорки и невинные провалы в памяти. Это уже хладнокровная, преднамеренная ложь. От пикселей на фото ничего не скрыть, даже предательство. И она не отведет взгляд и не сядет за стол, пока не узнает почему.
– Я пришла в первую очередь сюда, но исключительно из вежливости. – Ее голос дрогнул. – Наоми, ты всю жизнь была мне как сестра. А вот тебе, Макс, я ничем не обязана.
– Пип, ты о чем? – В голосе Кары послышались признаки беспокойства.
Пиппа достала из рюкзака пластиковую папку, вынула из нее три распечатки и разложила на столе между Максом и Наоми.
– У вас есть шанс все объяснить, прежде чем я пойду в полицию. Что ты можешь сказать, Нэнси Танготитс? – Она свирепо взглянула на Макса.
– Что за чушь? – фыркнул он.
– Вот твое фото, Нэнси. Снято в ночь, когда исчезла Энди, верно?
– Да, – тихо ответила Наоми.
