Камера сфокусировалась на Максе, Милли и Джейке. Милли стояла по центру, положив руки на плечи парням. Макс держал в свободной руке контроллер; вторая рука Джейка в кадр не поместилась.
Пиппа снова вздрогнула. В этот раз не от холода.
Камера должна располагаться не менее чем в пяти футах от улыбающейся троицы, чтобы все они попали в кадр.
И в мертвой тишине ночи Пиппа прошептала:
– Кто сделал это фото?
Глава двадцать шестая
Сэл.
Больше некому.
Несмотря на холод, сердце Пиппы безумно стучало и разгоняло горячую кровь по телу.
Она двигалась механически, мысли плыли в потоке сознания и перебивали друг друга, но руки сами знали, что делать. Спустя несколько минут она загрузила пробную версию фотошопа, сохранила фото Макса и открыла в программе. Следуя онлайн-инструкциям мужчины с бархатистым ирландским акцентом, увеличила изображение и изменила контрастность.
Ее бросило в жар, затем в холод. Она откинулась назад, жадно хватая воздух.
Никаких сомнений. Часы на телефоне Наоми показывали 00:09.
Друзья заявили, что Сэл ушел в половине одиннадцатого, однако почему-то в девять минут первого они все оказались в кадре; никто из четверки не мог сделать этот снимок.
Родителей Макса не было дома, никого из посторонних тоже. Так они всегда повторяли. Они веселились впятером до половины одиннадцатого, а потом Сэл ушел убивать свою девушку.
И вот теперь Пиппа своими глазами видела доказательство, что все это ложь. После полуночи в доме находился пятый. И кто еще им мог быть, кроме Сэла?
Пиппа вывела на экран верхнюю часть увеличенного снимка.
Вот окно на дальней стене за диваном; в центральной створке отразилась вспышка камеры. Различить фигуру держащего телефон человека на фоне черного стекла невозможно, однако прямо над ярким белым пятном наблюдается слабое синее гало. Синее. Такого же оттенка, как рубашка, в которую Сэл был одет в тот вечер и которую Рави до сих пор иногда носит. У Пиппы внутри все перевернулось, когда она про себя проговорила его имя и представила, как он будет смотреть на фото.
Она сохранила увеличенное фото целиком и отдельно два фрагмента – на одном Наоми с телефоном, на другом отражение вспышки в окне, – затем вместе с оригиналом отправила на беспроводной принтер и смотрела с кровати, как он, негромко фыркая, выплевывает листы один за другим. Слушая этот тихий звук – словно вагоны движутся по рельсам, – Пиппа прикрыла глаза. Лишь на мгновение.
* * *– Пип, я могу войти и пропылесосить?
Пиппа открыла глаза и поморщилась.
