Но это не потому что он меня разлюбил за неделю…
Знакомство с мамой Даниила оказалось просто ужасным…
Его мама настроена против меня — это очень больно.
А главное, за что она так со мной? Я ведь не сделала ничего плохого…
Я не портила мотоцикл и никак не обвиняла в случившемся её сына. Я просто хочу быть рядом и видеть, как он поправляется, а потом — встаёт.
Мой дед и то больше причин имеет обижаться на парня, в отличие от его мамы, но он ни словом не обмолвился, что как-то винит его за ту аварию…
Экспертиза же ясно дала понять, что всё это случайность.
Так почему и Даня, и его мама так гонят меня?
— Да ты можешь тут хоть ночевать, — заявила она. — Только скоро Даню отсюда увезут, и туда тебе никак не добежать будет. Забудь о нём, мой сын не для тебя.
— Куда увезут? — Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица.
— Туда, где врачи хотя бы диагноз смогут поставить, — глухо ответила женщина. На миг я увидела просто маму Дани, которая, как и я, переживала за его здоровье. — Мы уже сколько дней тут, но до сих пор ничего не ясно.
Так вот… — Она сфокусировала взгляд на мне. Он снова стал жёстким. — Даня переезжает лечиться за границу. Можешь попытаться добежать туда. Но лучше бы тебе успокоиться и не ходить сюда больше.
— Как за границу? — почти закричала я в отчаянии.
Неужели они в самом деле увезут Даню, и я никогда, никогда его больше не увижу?
— Вот так, — пожала плечами женщина. — Мы будем там бороться за то, чтобы Даня… Не стал инвалидом. А ты, Агния, живи своей жизнью. Зачем тебе такая обуза, как парень-инвалид, да ещё с таким тяжёлым характером, как у моего сына? Ты не выдержишь, девочка.
Зачем портить себе жизнь? Ты ведь ещё такая молодая… Надеюсь, что говорю тебе прощай. Она отвернулась от меня и пошла вперёд по коридору.
А я медленно осела по стене прямо на пол.
Мне стало очень плохо, в глазах потемнело.
84.
— Эй, ты чего? — услышала я возле себя, и меня кто-то подхватил.
Мужчина. Я сфокусировала взгляд на нём и поняла, что это отчим Дани.
— Простите… Я сейчас уйду.
Сейчас… — попыталась я опереться о стену, но не смогла и снова стала заваливаться.
— Тебе плохо? Что с тобой, девочка? — спросил он.
— Всё…нормально, — ответила я, ощущая, как по моим щекам бегут слёзы от безысходности. — Куда? Куда повезут Даню? Скажите мне, пожалуйста… Я знаю, что вы не думаете обо мне также плохо, как его мама… Я не виновата! Я ни в чем не виновата.
Мужчина смотрел на меня несколько секунд, а потом, поддержав за руку и талию, повёл из отделения.
