– А медсестру как звать?
– Лена… Да, и еще этот Святослав Игоревич рекомендовал Виолетте Игоревне сеансы массажа. И она искала массажиста…
– Так она нашла массажиста или нет?
– Кажется, нашла.
– А на массаж она куда-то ездила или массажист к ней в квартиру приходил?
– Вот этого я не знаю. Виолетта Игоревна мне об этом не говорила, и я никакого массажиста у нас никогда не видела.
– Так, а еще кто был, кроме врача и медсестры?
– Нет, больше никого не было. Вот тут у нас часто всякие прощелыги звонят, деньги просят.
Так что я детям велю никому дверь не открывать, а когда меня нет дома, то и не отвечать на звонки. А в доме, где Виолетта Игоревна жила, такого нет. Там на двери подъезда специальный замок стоит, называется кодовый. Да что я вам рассказываю – вы сами там были, сами знаете.
– Да, о замке в подъезде я знаю… А скажите, Люда, что вы думаете о племяннике Леонидовой Лене Сазонове? Ведь вы его знали, верно?
Женщина с сожалением покачала головой:
– Да, знала, конечно, как не знать! Даже странно, что вы о нем раньше не заговорили.
Вот кто у нас в доме часто бывал, так это он. Каждый месяц являлся, а иногда и чаще.
– А с какой целью он приходил?
– Да уж известно, какая у него цель! У таких людей цель всегда одна – денег получить, да побольше. Какие он скандалы Виолетте Игоревне закатывал! Она даже несколько раз собиралась милицию вызвать, чтобы его утихомирить. Но до этого не доходило – он сам уходил.
– А Леонидова давала племяннику деньги?
– Да, давала. Вот я бы ни за что не стала давать! Ведь это все равно как пьянице водку дать.
Но Виолетта Игоревна его жалела. Я даже думаю, он ей был близок, почти как сын. Детей-то у нее самой не было…
– Как вы думаете, мог Сазонов убить свою тетку?
Людмила не сразу смогла ответить на этот вопрос. У нее на глазах выступили слезы, она молча, ничего не говоря, качала головой. Наконец выговорила:
– Хотелось бы сказать: «Нет, не мог!» Но не скажу. Мне самой эта мысль сразу пришла, как только я Виолетту Игоревну вчера нашла мертвую.
Я сразу подумала: «Это он, Ленька!» Да, он мог убить. Вообще-то он добрый, чувствительный, музыку очень хорошо понимает и человека понять может. Но если разозлится, в раж войдет – тогда держись. Он в руках себя не умеет держать. Вот так, от злости – мог убить.
– А он знал, где находится тайник?
– Не знаю… Вряд ли… Не думаю, чтобы Виолетта Игоревна ему о тайнике говорила. А сам он никогда бы не догадался. Он, знаете, не из сметливых.
