Может быть, Вере угрожает смертельная опасность? Поэтому Егоров без колебаний ответил:
– Да, мне нужно в парк Горького.
– Садись, мигом домчу, – пообещал частник. – Только у меня переднее сиденье вещами завалено, ты на заднее садись.
Егоров сел на заднее сиденье «Жигулей», и водитель резко взял с места. Ехал он действительно быстро, два раза проскакивал светофор на желтый свет, а один раз – уже фактически на красный.
– Вы что же правила нарушаете? – сделал ему замечание капитан.
– Вас стараюсь скорее доставить, вот и спешу, – объяснил водитель.
Егоров старался рассмотреть в зеркальце лицо частника, но это ему не удалось – зеркало было повернуто так, что пассажир не видел лица водителя.
Вот впереди показались знакомые ворота парка. Остановка здесь была запрещена, но водитель «Жигулей» и здесь не стал обращать внимания на правила – остановил прямо рядом с воротами.
– Сколько с меня? – спросил Егоров, доставая кошелек.
– С вас и рубля хватит, – ответил водитель.
Капитан удивился такому ответу, но размышлять над бескорыстием водителя было некогда.
Он сунул хозяину «Жигулей» рубль, при этом обратил внимание на очень крепкие, крупные руки водителя. Отдал деньги и, сразу забыв об этом человеке, поспешил в парк. Пробежал начало парка, где было много аттракционов, поспешил дальше. Вот и колесо обозрения; дорожка ведет дальше, дальше… Ага, вот, кажется, та самая беседка, о которой говорила Вера. Да, но где же сама девушка? Беседка была пуста.
Егоров дошел – вернее, почти добежал до нее и остановился, оглядываясь по сторонам. Он все еще думал, что девушка где-то рядом. Может, она прячется в кустах? Капитан шагнул к этим кустам – и в этот момент чьи-то жесткие, крепкие руки сдавили его шею. Егоров схватился за эти руки и попытался ослабить хватку. Но у него не хватало сил. Человек, напавший на него, явно был сильнее. Единственное, что удалось Егорову – не дать нападавшему резким рывком сразу сломать ему шею. А тот, кто на него напал, стремился сделать именно это – согнуть шею назад и сломать шейные позвонки.
Капитан боролся из последних сил. Он узнал эти крепкие, жилистые руки – это были те самые руки, в которые он отдал свой рубль за проезд. На него напал водитель «Жигулей»! Как же он не понял, что водитель шел за ним от самых ворот? Теперь поздно, поздно… Кровь шумела у Егорова в ушах, кровавый туман застилал глаза. Он уже плохо слышал и почти ничего не видел.
