Неважно, обращался ли он к иностранному посланнику или отдавал распоряжение слуге, он неизменно делал это с особой манерой – достойно, но не свысока. Он всегда сохранял властность и был главным во всем, даже когда этого не требовалось – например, с дочерью во время игры в шахматы. Это немного сковывало Эльзу. Была ли эта скованность чертой ее собственного характера или ей просто не хватало друга-ровесника, кому можно было бы рассказать все, что копится на душе? Когда на церемонии открытия скульптуры ей пришлось произносить речь перед огромной толпой, она страшно разволновалась.
Отец же, казалось, никогда не испытывал подобных трудностей. Может, к ней тоже со временем придет такая уверенность в себе?
– Все в порядке, папа, – соврала Эльза. Разве можно передать одной фразой то многое, что она сейчас чувствует?
– Да нет, я же вижу, что-то не так. – Король откинулся на спинку стула и внимательно вгляделся в ее лицо. – По глазам твоим вижу. Ты думаешь о чем-то другом. Твоя мама говорит, что, когда я о чем-то задумаюсь, у меня тоже такой вот взгляд, будто куда-то вдаль.
Ах, как же ты на меня похожа, дитя мое!
– Правда? – Эльза взволнованно пригладила волосы, которые и так лежали идеально.
Главный предмет ее гордости состоял в том, что она идет по стопам отца. Эльза очень любила мать и обожала проводить с ней время, но порой мама глубоко задумывалась о чем-то, и Эльзе никогда не удавалось понять о чем. Иногда королева заходила к ней в комнату и забывала, что хотела сказать, а порой начинала что-то говорить, но обрывала речь на полуслове.
Б ней хоронилась какая-то давняя печаль – вот только о чем ей было печалиться?
Например, буквально сегодня. Многие годы, примерно раз в месяц, мама исчезала куда-то на целый день и никогда не говорила Эльзе куда. Папа тоже молчал на этот счет. Сегодня был как раз такой день, и Эльза не удержалась. Ей так надоели все эти секреты, что утром она набралась смелости и спросила мать, может ли на этот раз пойти с ней.
Мать удивилась, затем встревожилась и наконец стала извиняться:
– Мне очень жаль, милая, но я не могу взять тебя с собой. В этих путешествиях у меня не должно быть спутников. – Она погладила Эльзу по щеке, и ее глаза наполнились слезами, отчего Эльза совсем смутилась. – Мне правда жаль, я бы очень хотела, чтобы ты поехала со мной. – Тем не менее она отправилась одна.
Отец был иного нрава.
– Ничего особенного, папа, правда. Пожалуйста, продолжай.
