Тогда боль и одиночество, которые не оставляли Анну со дня гибели ее родителей, улетучатся навсегда, и вскоре она даже не сможет вспомнить, как жила раньше, когда вся ее жизнь не была наполнена любовью и счастьем.
Тряхнув головой, Анна заставила себя вернуться в реальность.
– Это просто безумие, – пожаловалась она Герде. – Ведь у меня есть всего одни сутки! Вряд ли у меня будет шанс встретить свою любовь так быстро.
– Никогда не узнаете, пока не воспользуетесь шансом, – возразила Герда. – Любовь принимает разные обличья.
Вы любили родителей. И вы любите сестру. Я просто хочу сказать, что никогда не знаешь, где и когда любовь настигнет тебя. Вы только можете знать, что где-то она непременно есть – и ждать ее. – Она как будто хотела добавить что-то еще, но умолкла и лишь покачала головой.
– А вдруг я так никого и не встречу? – внезапно встревожилась Анна.
– Жизнь состоит не только в том, чтобы любить кого-то. Жить – значит радоваться тому, что у тебя есть. Вы ведь до сих пор любите своих родителей, разве не так? – спросила Герда.
Анна кивнула. – Но с их гибелью ваша жизнь ведь не кончилась, верно? – продолжала горничная.
– Моя – нет. А жизнь Эльзы – как будто да, – с грустью сказала Анна. – И любовь тоже. По крайней мере, меня она любить точно перестала.
– Просто ваша сестра переживает горе иначе, чем вы, Ваше Высочество. И это вовсе не означает, что она вас не любит. – Герда мягко ухватила Анну за плечи и повернула ее лицом к большому, в полный рост, зеркалу.
– А теперь взгляните на себя, какая вы красавица.
Таращась на свое отражение, Анна даже легонько всхлипнула от радости. Она выглядела как настоящая взрослая дама. И впервые в жизни она действительно чувствовала себя красавицей. Платье изумительно шло ей. Герда зачесала ей волосы назад, уложив в простую прическу, и чуть-чуть тронула губы и ресницы макияжем. Но, несмотря на эту простоту, следовало признать: вид у нее был как у истинной представительницы королевского рода.
– Ах, Герда, спасибо тебе! – выпалила Анна, обвивая ее руками, а потом напряженно выпрямилась, нервно оглаживая ладонями юбку. – Ну что же, сейчас или никогда. Реальный мир, я иду к тебе!
Она решительно шагнула вперед и тут же охнула, наступив мыском туфли на подол. Замахав руками, как мельница, она кое-как восстановила равновесие и застенчиво покосилась через плечо на Герду, которая явно забавлялась, наблюдая за ней.
– Ладно, вторая попытка.
