Если за весь день Анне и удавалось хоть разок увидеть сестру, то только в виде неясной тени, исчезающей за очередной дверью.
К счастью, перед отъездом мать Анны наказала Герде навести порядок в дворцовой библиотеке. Анна тут же вызвалась помогать, не сомневаясь, что столь грандиозное мероприятие потребует немалого времени, а значит, и одинокие дни пролетят быстрее.
– Боюсь, я не совсем уверена, что Анна может быть полезна в наведении порядка где бы то ни было, – сказала королева Герде, лукаво подмигнув Анне. – Ты ведь видела ее комнату, не правда ли?
«И все же, – напомнила себе Анна, шагая по королевской галерее, – мне нужно чем-то занять целых три недели».
– А за три недели очень много всего может случиться, не правда ли? – спросила она, обращаясь к портрету своего прапрапрадедушки. Тот, по обыкновению, ответил ей строгим и высокомерным взглядом. Анна улыбнулась и кивнула, как будто портрет и впрямь поддерживал с ней разговор. – Что такое? Неужели вы лишились своих волос всего за три недели? – Она отступила на шаг и оглядела портрет.
Лысина предка значительно поблескивала в свете канделябров. – Не переживайте, прапрапрадедуля, мне кажется, вам так очень даже идет. Выглядите очень достойно.
Тихонько посмеявшись собственной шутке, Анна двинулась дальше. Портреты, которыми были увешаны стены по обеим сторонам галереи, очень различались размерами: одни были совсем маленькие, не больше книги, которую она несла под мышкой, а другие – просто огромные, раза в два больше ее роста. Задержавшись возле одной из своих любимых картин, Анна украдкой глянула по сторонам и, убедившись, что никто ее не видит, без всякого приличествующего принцессе изящества плюхнулась прямо на пол.
Широко раскинув по полу юбку, чтобы оказаться как будто посреди озера из голубого шифона, она уставилась на большой портрет прямо перед ней.
На холсте был изображен молодой человек рядом с юной красавицей. Ее голову украшал простенький венок из цветов, одна рука была приподнята, словно она нежно поглаживала яркие лепестки.
Другую ладонь она положила на локоть мужчины, глядя ему в лицо с открытой, искренней любовью. Разобрать выражение лица мужчины было не так легко, но он обнимал женщину за плечи уверенным, собственническим жестом.
– Вы очень любите друг друга, верно? – сказала Анна вслух. Она проводила на этом самом месте долгие часы, сочиняя истории, которые могли бы скрываться за этой картиной. Вообще-то, истории большинства картин в королевской галерее были и так хорошо известны.
