Но лучше уходи, – сказала она, отступая назад. – Прошу тебя.
– Но я ведь только что пришла, – возразила Анна, поднимаясь еще на ступеньку выше.
– Твое место в Эренделле, – сказала Эльза, снова отступая. – А мое место здесь. В одиночестве. Где я могу быть самой собой, не причиняя никому вреда.
– Вообще-то, я как раз хотела сказать об этом, – начала Анна. Придется все-таки открыть Эльзе, что кое-кому она уже и так навредила. «И я даже не говорю об одиночестве, в котором я вынуждена была провести все эти годы», – подумала она – и тут же остановила сама себя.
Она хотела, чтобы ее сестра вернулась домой, а не перепугалась до того, чтобы прятаться от людей всю оставшуюся жизнь. Анна помолчала, раздумывая, какие доводы могли бы сломить упрямое стремление сестры заточить себя в этом ледяном мире. Но прежде чем она сумела подобрать нужные слова, где-то позади раздался голосок Олафа, который бодро считал:
– Пятьдесят восемь… пятьдесят девять… шестьдесят!
Анна невольно улыбнулась. Малыш-снеговик воспринял ее просьбу «дать ей минутку» предельно буквально.
Вбежав в ледяной зал, Олаф радостно помахал Анне и Эльзе:
– Привет! Я Олаф, и я люблю жаркие объятия!
Пока он ковылял по лестнице, Анна вгляделась в лицо сестры. Сначала на нем промелькнуло смятение и непонимание, потом – испуг, потом – потрясение… И только когда Олаф наконец добрался до верхних ступенек, эти чувства, к радости Анны, сменились изумлением.
– Олаф? – воскликнула Эльза. – Ты живой?
Чуть поколебавшись, снеговик пожал плечами.
– Наверное, да? – неуверенно ответил он.
Анна знала, о чем сейчас думает ее сестра – ведь те же самые мысли посетили и ее саму, совсем недавно.
– Он очень похож на того снеговика, которого мы слепили, когда были маленькие, – сказала Анна, приседая на корточки рядом с Олафом. – Мы были так дружны тогда. И мы могли бы быть вместе снова.
К удивлению Анны, Эльза улыбнулась. Но ее улыбка угасла так же быстро, как и появилась, и лицо королевы исказилось от боли. О чем бы сейчас ни думала Эльза, это были вовсе не светлые детские воспоминания, которые при виде Олафа возникли у Анны.
– Нет, не можем, – отрезала Эльза и, развернувшись, направилась к следующему лестничному пролету.
– Эльза! Постой!
– Я просто хочу защитить тебя, – бросила Эльза через плечо.
– Ты не должна защищать меня, – возразила Анна, спеша следом за сестрой. – Я не боюсь. Только, пожалуйста, не прогоняй меня снова!
«Ну почему она не может понять? – недоумевала Анна, пытаясь нагнать Эльзу.
