Это значит, температура в минус сто сорок градусов по Цельсию и ветер сто двадцать метров в секунду. В таких условиях обогрев снаряжения выдерживает четыре минуты, после чего у человека остается ещё десять секунд. На занятиях это объяснял каждый эксперт. Как только с момента появления Воронки пройдет пять минут, все спасательные мероприятия прекращаются. Потому что спасать к этому моменту уже некого.
– Сколько? – повторил старший, не меняя позы.
– Четыре ноль пять. – Андерс машинально сделал шаг на первую ступеньку.
– Кто-то идет!"
"По лестнице загрохотали шаги, и показалось несколько покрытых снегом человек, тащащих на руках пятого. Следом за ними появилась ещё одна группа, затем ещё. От спускающихся людей сильно тянуло холодом. Передовая группа почти бегом спустилась по лестнице, и Андерс отработанным движением вытолкнул к ним платформу. Спасатели уложили на неё бездыханное тело, и полярник рявкнул:
– Перес! Двери! Батлер! Пошел! Бегом!
Их троица бросилась по центральному коридору к повороту на госпиталь.
Следом уже грохотала следующая платформа и раздавался треск липучек и хруст молнии.
Перед очередными дверьми Майк перешел с бега на шаг, чтобы не врезаться в Переса, и, втягивая в проем платформу, оглянулся. Андерс на ходу расстегивал одежды пострадавшего. Тот был бледен, словно мрамор, его тело безвольно подрагивало на трясущейся платформе, будто наполненный водой резиновый манекен, в уголках губ поблескивали начавшие таять ледышки.
– Шевелись, парень! – зло зарычал на него Андерс, налегая на платформу.
– Представь, что это ты лежишь здесь, а он тащит тебя к докторам! Двигай! Двигай!
Майк вцепился в свой поручень и бросился бегом, чувствуя, как тело пробивает нервная дрожь. Этот человек, на платформе, он выглядит, словно замерзший насмерть! Белый, словно мел! Не приведи господь, если он умрет прямо тут, потом этот Андерс еще скажет, что Майк тащил платформу недостаточно быстро. С такой злобой рычит на него, словно собрался в горло зубами вцепиться!
– Быстрее, Батлер!!! – заорали сзади, и Майк узнал голос бригадира Уокера.
– Шевели своей черной задницей, твою мать!!!
В госпитальный холл Майк влетел, задыхаясь не столько от усталости, сколько от страха. Он не рискнул отпустить платформу и с размаху врезался в стену, не успевая остановиться. В последнюю секунду ему удалось выставить вперед плечо и спасти голову от удара. Сзади в поясницу больно ударилась платформа, и наперебой загремели голоса. Майк, сдерживая стон, развернулся.
