– Медсестра, не выпуская из руки шприц с транквилизатором, другой рукой ловко выдернула из вены наполненный кровью ланцет, опустила его на стоящую рядом медицинскую тележку, уставленную склянками, мензурками и прочими больничными атрибутами, и, выхватив с её нижней полки медицинское судно, подоткнула его под сконфуженного Майка.
– Может, я сам… – стыдливо промямлил он. – Если вы развяжете меня, я вполне смогу…
– Я отойду, – успокоила его медсестра, – и вернусь через минуту. Я не могу вас развязать, это решение принимает ваш лечащий врач.
Он скоро вас осмотрит. – Она покатила тележку дальше."
"– Ты слишком буйный, парень, – меланхолично произнес безногий сосед, когда вернувшаяся сестра забрала у Майка утку и удалилась к другим больным. – Лучше поумерь пыл, и тогда не будешь привязан к кровати, словно опасный психопат. Вопли и угрозы твоей руке, один черт, не помогут, только заработаешь штамп в медкарте, а это прямая дорога на учет в психушку.
– Я… – Майк старался не смотреть на его подрагивающие культи.
– Я не психопат! Мне слишком сильно досталось, я десять раз чуть не погиб за последние недели! Это был настоящий ад!
– Здесь всем досталось, если ты заметил, – безногий смотрел в потолок, его голос звучал тихо и безразлично, словно говорившему уже было на всё наплевать. – Мне хватило и одного дня. А руку – раз не отрезали сразу, значит, шансы ещё есть. Так что поменьше ори, из-за тебя уши болят.
– Извините, сэр… – на Майка вновь навалилась усталость, и он отвернулся от безногого, обводя взглядом окружающее пространство.
– Мне надо отдохнуть.
Теперь он узнал это место. Склад запасных частей в центральном корпусе Барбекю. Только теперь из него убрали всё, оставив лишь голые стены, и плотно забили помещение ранеными и пострадавшими. Основная масса пациентов лежала на расстеленных на полу надувных матрасах, складные медицинские кровати, как у него, были далеко не у всех.
Обилие раненых поражало, здесь находилось порядка сотни человек, и почти каждый из них не имел одной, а то и двух конечностей. От огромного количества уродливых культей, затянутых в стерильно-белые повязки с проступающими алыми пятнами, у Майка вновь началась тошнота, и он обессиленно откинулся на подушку, предпочитая не открывать глаза.
– Мистер Батлер, как ваше настроение сегодня? – Голос лечащего врача вывел его из тоскливого оцепенения.
