– Если амуры на каждой остановке крутить, где уж тут до больных. Вы бы, гражданочка, шли работой заниматься, а не с мужиками обжимались!
– Ты, карга старая, сама работать иди, - не сдержался я. Яд, который она выплёскивала на Полю, поднял во мне бурю ярости,и снова захотелось размазать мерзкое лицо по металлической постройке. – Пинками с пьянью справиться не смогла, решила скорую на помощь вызвать? Смотри, кто-нибудь и полицейских вызвать мoжет. На помощь. Они-то честь имеют.
– А ты не видел! – вскинулась торговка, упиваясь собственной безнаказанностью.
- Ты своего хахеля в наморднике води, чтобы на людей не кидался! – обратилась она к Поле.
Вот же дрянь. Я высвободил руку из Полиной хватки, шепнув ей «Всё будет хорошо», и спокойной поступью Верховного мага направился к ней. Тётка заозиралась, но быстро успокоилась, видимо, убедившись, что вокруг слишком много свидетелей.
– Не видел, как избивала или как скорую вызывала? - проговорил я, приблизившись.
Она отшатнулась:
– Мужчина, что вы себе позволяете! Немедленно отойдите!
Пусть в этом мире нет магической магии.
Но если кому-то удаётся наложить смертельное проклятье, а кому-то – подарить удачу,то чем я хуже? Пусть здесь это называют «самовнушением» или «самореализующимся пророчеством», главное, что это работает. Я с лёгкостью вырвал ңесколько волосин из тощей шевелюры хабалки, воспроизвёл пассы простенького заклинания невезения и сдул с ладони… В оригинале должен был остаться пепел, но тут и пепла не осталось, не знаю, куда делись волоски.
– Чтоб у тебя никто ничего не покупал с рассвета и до заката, - закрепил я заклинание фразой по классической формуле.
– Ты… ты чего?! Больной? - набросилась она на меня.
– А вы на меня жалобу напишите. Дескать: прокляли. Примите меры, - я, посмеиваясь, пoшел обратно к лекаркам и усатому Петровичу.
– Ты!.. Ты!.. Сними это немедленно! – она вцепилась мне в плечо.
На какой-то момент я просто забыл, где нахожусь. Я снова стал самим собой,тем, кем был большую часть жизни.
– Руки убрала, - произнёс негромко я, оборачиваясь, но вокруг стало так тихо, что стало слышно, как почёсывается нищий пьяница.
Не знаю, что увидела тётка, но она переменилась в лице. Я обвёл взглядом остановку. Люди вокруг застыли и глядели на меня.
– Всё, - я поднял руки фонариками и приветливо осклабился. - Представление окончено. Дамы, вам помочь загрузить это… тело? - обратился я к лекаркам и указал на пьяницу.
