Почему же тогда Никос не сбросил свою маску? Ведь он мог это сделать, едва самолет сел в Сиднее? «Может, ему просто нравится заниматься с тобою сексом», — шепнул внутренний голос.
Они вполне могли взять отдельные номера, могли провести эти дни каждый сам по себе, а потом отправиться вместе в аэропорт и сесть на самолет до Золотого берега. Ведь так?
«Но тогда почему ты этого не сделала?» — спросил внутренний голос.
Ответить было нетрудно: она хотела быть с ним.
— Пойдем гулять, — решила Мишель, когда Никос спросил ее за завтраком, что они будут делать в первой половине дня.
Их самолет вылетал после обеда.
— Кафе, магазины и?..
— И вообще, — улыбнулась Мишель.
Они взяли такси и провели несколько приятных часов, гуляя по набережной и останавливаясь у лавочек с разложенными перед ними на лотках товарами, неторопливо поели в приглянувшемся кафе, и наконец пришло время возвращаться в гостиницу, брать свои сумки и ехать в аэропорт.
Состояние Мишель становилось с каждым прошедшим часом все нервознее.
Прекрасные дни подходили к концу.
— Спасибо, — тихо сказала она, стоя рядом с Никосом в ожидании багажа по прилете. — Это был чудесный отдых.
Вид у нее был не слишком веселый. Никос помрачнел. Понятно, почему. От этого Джереми можно ждать чего угодно. А вот поведение его родителей, которым он то и дело подкидывает новые проблемы, просто необъяснимо.
Заметив обе сумки на движущейся полосе, он взял их и пятью минутами позже уже выводил свой большой «БМВ» с резервной автостоянки.
— Я позвоню, хорошо? — проговорила Мишель, когда они добрались до пентхауса.
— Давай, звони. Я посижу часок в кабинете. Мишель позвонила матери, оставила послание для Эмилио и пошла в спальню распаковывать вещи.
На следующее утро она приехала в галерею рано и к полудню покончила почти со всей бумажной работой. На ланч она выходить никуда не стала, съела, сидя за рабочим столом, сандвич, запивая его минеральной водой.
Предпраздничные приемы и обеды уже шли вовсю, и сегодня ей и Никосу предстояло присутствовать на таком обеде, который давали отец Мишель и его партнеры, в «Шератоне».
Вернувшись в пентхаус в шестом часу, Мишель быстренько приняла душ, подкрасилась, убрала волосы, надела синее облегающее платье, сунула ноги в туфли на шпильках и подобрала под цвет вечернюю сумочку.
— Идем?
— Сначала я хочу тебе что-то сказать. По ее лицу пробежала тень.
— Что-то случилось?
— Сегодня рано утром Джереми и его родители покинули Австралию.
