— Да? А почему сразу не в «Доме Москвы»? Слышала, там апартаменты классом повыше будут. Всё же президентские, как-никак.
— Сестрица, ты, смотрю, сегодня просто в ударе. Тебя никто, случаем, не покусал? — насмешливо отмахнулся от очередного колкого замечания Женя, резко выруливая со стоянки.
— Я сама кого хочешь укушу так, что мало не покажется, — презрительно отвернувшись к окну, отозвалась Кира.
На этом их разговор исчерпал себя. И хорошо. А то мало того, что кошки на душе скребли из-за ссоры с Мишей, так тут еще и эти двое никак общего языка найти не могли.
Мне в какой-то момент даже начало казаться, что это я своей энергетикой так на них влияла. Впрочем, стоило нам выехать на основную дорогу, и мне сразу сделалось не до этих мыслей, поскольку гонял мужчина и правда страшно.
— Жень, а можно не так яро производить на нас впечатление своим лихачеством, от которого меня уже, если честно, подташнивает? — не удержалась от новой колкости Кира, когда брат в очередной раз резко вильнул вправо.
Только на сей раз для того, чтобы припарковаться.
— Можно. Выдохни, сестричка. У тебя на это от силы пять-десять минут, пока я не вернусь, — отозвался водитель, прежде чем, неожиданно подмигнув мне в зеркало заднего вида, покинуть салон и отправиться в винно-водочный, напротив которого мы и остановились.
— Что ж, поздравляю, пчелка. Ты попала, — раздалось спереди, пока я провожала мужчину взглядом до дверей магазина.
— В смысле?
— Прямом. Теперь отделаться от него сможешь, только если сама начнешь на шею вешаться.
И то не факт.
— Кира Олеговна, я замужем.
— Думаешь, это кого-то остановит? Особенно после той безобразной сцены, что устроил твой муж на пляже.
На это мне сказать было уже нечего. Даже если бы собеседница оказалась права в отношении своего брата, это сугубо его сложности. Меня же они ни коим разом не касались.
— Вот, держи. С этим вам будет легче и приятнее расслабиться. А кому-то еще и подобреть, — вручив сестре по возвращении завернутую в упаковочную бумагу бутылку, объявил мужчина, прежде чем снова поспешно завести мотор.
— Делать тебе нечего, — фыркнула Кира, тут же зашуршав бумагой, чтобы выяснить, что там ей презентовали.
— Это можно расценивать, как благодарность? — осведомился водитель, снова принявшись лихачить.
— Можно, — не двусмысленно оглянувшись на меня, произнесла с тихим вздохом женщина.
— А насчет нечего делать… Завтра вечером я абсолютно свободен. Так что…"
"— Жень, обороты сбавь, а? Я сейчас в прямом смысле и переносном.
