Объявила, что это моя единственная покупка, оплатила ее и, не оборачиваясь, отправилась ждать свою компанию у машины.
— А теперь на что обиделась? — поинтересовался Евгений по возвращении.
— Я не обиделась. А вот ты перегибаешь палку. Начинаю чувствовать себя твоей содержанкой. Я могла бы и сама купить себе поесть. Но ты настоял. Ладно, хорошо. Но зачем столько? Ты хоть понимаешь, в какое положение меня ставишь? Сначала квартира, потом Маззи, теперь это все.
— Взять жить к себе кота было твоей идеей, — напомнил собеседник, укладывая пакеты с продуктами в багажник.
— Знаю! Но я надеялась, что ты откажешься. И это будет мой путь к отступлению. А ты взял и согласился. И теперь… Боже, что ты вытворяешь вообще?! Я так не могу! Понимаешь? Не могу. Нельзя так. Я так не привыкла.
— Майя, успокойся, пожалуйста, и послушай, — бросив свое занятие и снова заключив меня в кольцо рук, потребовал Старцев. — Во-первых, я не сделал ничего из того, что сам не хотел. Во-вторых, неприятно это признавать, но в данном случае сестра права: ты мне ничего не должна.
И в-третьих, я пытаюсь позаботиться о тебе, но ты все время сопротивляешься. Почему?
— Потому что так никто не делает!
— Я так делаю. Устраивает?
— Не устраивает. Зачем все это, Жень?
— Вот зачем! — объявил мужчина после долгого и совсем нескромного поцелуя прямо посреди парковки. — А теперь садись в машину.
Вот же раскомандовался! Ладно, села и честно дождалась, когда моя компания вернется, но лишь для того, чтобы задать следующий вопрос:
— Все ради секса?
— Нет.
— Тогда чего?
— Мы можем отложить этот разговор до вечера? А то я его себе как-то немного иначе представлял.
— Хорошо. Как скажешь. Ты же здесь главный, — отозвалась и сразу обиженно отвернулась к окну.
— Майя? — позвал Старцев, не спеша куда-то ехать.
— Прости. Это все из-за Миши, — попыталась объяснить свою нервозность.
— Не хочешь с ним встречаться?
— Даже не представляешь, насколько сильно. А еще снова сталкивать вас. Не люблю скандалы. Даже если сама в них напрямую не участвую, потом все равно плохо.
Еще боюсь, что вы подеретесь.
Вот что было для меня самым страшным. До последнего не хотела говорить. Но также понимала: если скрою, то именно это с большой вероятностью и случится.
— Если я пообещаю не махать кулаками без веского на то повода, тебе станет чуточку спокойнее?
— Разве что чуточку, — ответила, благодарно улыбнувшись мужчине.
Наконец он услышал меня и хоть тут согласился.
— Уже что-то.
