Все хорошо?
Нет, нехорошо. Но будь я проклята, если признаюсь сейчас этому мужчине хоть в чем-то из того, что теперь чувствовала! Поэтому продолжила упрямо молчать. Лишь сильнее сжала кулаки, чтобы было легче терпеть щекочущие кожу и одновременно возбуждающие прикосновения пера.
— Упрямица, — раздалось насмешливо. — Неужели так ничего и не поняла? Своим нежеланием признать собственные ощущения ты тем самым снова и снова бросаешь мне вызов. А я люблю сложные задачи. Очень люблю.
Господи, только бы хватило самоконтроля все это выдержать! Подозревала, что меня ждала непростая ночь.
Но чтобы настолько?! И ведь держит обещание. Дальше разговоров дело до сих пор не зашло. Но какие это разговоры! Да, в кафе подобное точно было бы крайне сложно провернуть. Другое дело — номер отеля, где дозволено в разы больше и можно почти ни в чем себе не отказывать.
— Одно твое слово — и я исполню любое желание.
Ага! Интересно только, мое или свое? Впрочем, нет, неинтересно. Вообще нисколько.
— Хочешь узнать, с чего начну?
Нет.
Но это вряд ли тебя сейчас остановит.
— Будь у меня развязаны руки, крепко бы обнял за талию, притянул к себе и запечатлел поцелуй на плече. Потом еще один и еще.
Поцелуя не было. Лишь перо. Удивительно, но оно действовало на меня чуть ли не так же, как если бы мужчина сам ко мне прикасался."
"— Я пообещал, что не расстегну ни одной пуговицы. Но в своей фантазии уже давно расправился со всеми. Однако снимать с тебя одежду я бы не торопился. Ласкал и дразнил через ткань, пробирался под нее, потом снова отступал и возобновлял пытку.
До тех пор, пока ты сама не попросила бы меня о большем.
Не дождешься, извращенец! Тоже мне, бог любви выискался.
Но вопреки мыслям, тело уже от одних только слов сделалось невероятно чувствительным. Настолько, что я могла ощущать прикосновения пера даже через одежду. Хоть они и были почти невесомыми. Но стоило предмету пыток добраться до голой кожи, как игнорировать его становилось практически невозможно.
А Женя тем временем вошел в раж. И то, что теперь говорил, с каждой минутой становилось все более неприличным и пошлым.
Некоторые подробности действий и вовсе едва не выбивали опору у меня из-под ног, которые уже и так сделались ванными и едва держали. Боясь упасть, не видя другого выхода из сложившейся ситуации, не придумала ничего другого, кроме как податься чуть назад и опереться спиной о грудь стоявшего там мужчины.
— Это уже можно считать приглашением? — раздалось самодовольно у меня над самым ухом.
