Крепче меня обнимает, зарывается лицом в мои волосы, глубоко вдыхает и шумно выдыхает. Отрывает меня от пола и кружит по комнате. Заливисто смеюсь. Чудеса существуют! Мечта всей моей жизни сбылась. Это просто сумасшествие.
Никита ставит меня на пол, мы соприкасаемся лбами. Дышим друг другом. Я подаюсь на один сантиметр вперед и целую Никиту. Сколько раз я мечтала о поцелуе с ним? Сотни миллионов раз. Какова была вероятность, что моя мечта сбудется? Ноль шансов. Я прошла путь от полного безразличия Никиты ко мне до слов «Хочу, чтобы ты была моей девушкой».
Я смотрела, как он встречается с моей лучшей подругой. Я смотрела, как он развлекается с другими девушками.
Я теряла надежду тысячу раз… И вот теперь Никита Свиридов целует меня в губы жадно и страстно, обнимает, прижимает к себе, называет своей. С ума сойти. Я не верю.
— Твои родители не вернутся? — спохватившись, отрываюсь от губ Никиты.
— Мой телефон запищит, когда мама будет в трёх километрах от дома.
Шпионская программа — это, конечно, хорошо, но я бы не доверяла ей на сто процентов.
Меньше всего мне сейчас хочется встречаться с тетей Женей и чувствовать на себе ее негатив. Сегодня самый счастливый день в моей жизни. Я не собираюсь его портить.
— Никит, я пойду к себе, хорошо? — ещё раз чмокаю его в губы.
— Так быстро?
— Не хочу сейчас встречаться с твоей мамой. И вообще, давай не будем говорить ей про нас?
— Почему?
Резонный вопрос.
— Наша личная жизнь не касается наших родителей.
Никита пожимает плечами.
— Она все равно узнает, ты же будешь приходить на мои матчи.
Об этом я не подумала. Но мне же необязательно сидеть в первом ряду перед камерами?
— Но не надо узнавать в первый день, как мы начали встречаться.
Никита выпускает меня из рук и подходит к столу. Берет телефон, быстро бьет по экрану.
— Они еще в театре, после спектакля собирались в ресторан, — кладёт телефон обратно на стол и возвращается ко мне. Снова обнимает меня за талию. — Останься, — просит."
"Это «останься» звучит с легкой хрипотцой, и у меня мигом выступают мурашки на коже.
Никита ведет меня к кровати. Мы падаем на нее, но не набрасываемся друг на друга со страстными поцелуями. Молча лежим в обнимку, Никита прижимает меня к себе. На глазах выступают слезы счастья. Боюсь, что происходящее — сон. Боюсь, что проснусь и снова будет непроглядная тьма без малейшей надежды.
— Лиль, — тихо зовет.
— Что?
— А ты больше не будешь встречаться с Вовой?
Кто о чем, а Никита о Вове. Даже немного смешно становится.
