– Или вы сделаете вид, что вместе, – для убедительности кивнула, подтверждая, что им не послышалось. – Встречаетесь, как пара. Свидания там, совместные прогулки, академический бал.
Егорка даже ложку с вареньем до рта не донес, замер, ожидая продолжения. Ребята тоже затихли. Кочеткова покрылась красными пятнами, а Ромка гулко сглотнул.
– Ну, ты и шутишь, сестренка, – выдохнул Варфоломей.
– Какие уж тут шутки? Мое дело предложить, а дальше сами разберетесь, не маленькие уже.
– Ну, что вы! Ни к чему такие жертвы, – пискнула рыжая.
– Я лучше подожду и не буду утруждать Варфоломея Никитича лишними проблемами.
– Э… – глубокомысленно изрек Ромка и почесал затылок. – Какие проблемы? Нет никаких проблем. Мне не трудно. Заодно и присмотрю за Ириной Владимировной. Как насчет завтра, во время обеденного перерыва?
– Я собиралась в библиотеку, но это не срочно, реферат потерпит пару дней. А Мессалины точно не будет, она целыми днями пропадает где-то.
– Тогда встречу у аудитории сразу после пары, – обрадовался братец.
– Не возражаешь, если провожу? Стемнело уже, опасно одной разгуливать по улицам.
– Я и сама дойду, – Ирина замотала головой. – Мы же в академии, что со мной случится? – сказала бодро и осеклась, когда парень глазами указал на меня. Вздохнула. – Хорошо. Но только до корпуса, а дальше я сама.
– Как скажете, Ирина Владимировна, – согласился Варфоломей. – До корпуса, так до корпуса. Но я постою там и подожду, пока вы не войдете внутрь, а в комнате загорится свет. Она же угловая? Окна как раз на дорогу выходят.
– Какие же они чудные, – умилилась Ольга, когда парочка удалилась. – Это ты правильно сделала, Наами, что подтолкнула их друг к другу. А то еще год ходили бы вокруг да около.
– Эт чаво, Ромка с рыжей теперь жаних и невеста штоль? – подал голос Егорка, снова коверкая слова. – Тощая она больно и конопатая. Но варенье вкусное варит, мож, и будет толк, – с чувством произнес он, чем вызвал у нас невольные улыбки.
– Пока не невеста, но кто знает? А ты бы хоть ложечку того варенья попробовать оставил, – подколола мальчишку, который уже собирал остатки роскоши по стенкам пальцами и с причмокиванием их облизывал.
– Дык, эта… оно само съелось, – нахаленок шмыгнул носом и виновато пожал плечами.
– Как ни совестно, Егор Гаврилович, – пристыдил Стужев мальчишку. – Под шумок все гостинцы, что для Наами принесли, уничтожил?
– Ну… – Егорка насупился, – я эта, верну.
– Надеюсь, не естественным образом? – хохотнул Ванька. – Банка как раз освободилась.
