Игнат с Гордеем Ивановичем пленников допрашивали, но те ничего нового, о чем сообщил Юрий Строганов перед смертью, не сказали. Давнее соперничество между князьями переросло в затяжную холодную войну. Учитывая, как быстро подсуетились темники и подставили магов земли под удар, Строгановы могли и прежде участвовать в травле Демидовых. Но доказать связь с орденом Тьмы мы не сможем. Приспешники тьмы умеют воздействовать опосредованно. Например, через те же печати, когда гнилая энергия постепенно насыщает человека и пробуждает низменные качества.
Примерно через час после схватки в Екатеринбург прибыла делегация во главе со старшим сыном Строганова, Аникеем Юрьевичем. На переговоры отправился Григорий Климентьевич при поддержке Алима, князя Орлова и Ивана. За Ванькой и Николаем Георгиевичем я спешно во Владимир тропу открывала и в столицу моталась. Само собой, что и я присутствовала, как глава рода Забелиных.
Молодой наследник Строганова оказался вдумчивым и рассудительным мужчиной.
Вражды отца не разделял, как не доверял и внезапно объявившемуся бастарду Силуяну Спиридонову. Нападение и попытку похищения наследницы рода считает ошибкой, за что готов принести извинения и выплатить компенсацию на восстановление города. Итогом встречи стало перемирие между родами, о чем позднее оба главы составят подробный договор. А пока и устных заверений достаточно. Главное – обоюдное желание положить конец вражде. Постепенно отношения наладятся, а взаимные обиды позабудутся.
После встречи я вернула князя Орлова в столицу, а на обратном пути прихватила Ольгу. Казалось бы, самое время расслабиться и отдохнуть перед важным днем. Но дел еще столько накопилось, что приходилось решать их в экстренном порядке.
А я и рада отвлечься от тяжелых мыслей. Императорский Хо`шен собрал восемь сильных магов, что само по себе делало меня мишенью. Но ведь я не отдам его темникам добровольно, глупо этого не понимать. А значит, не за горами новая провокация с участием близких.
Что тут выдумывать, если я уже не раз бросалась их спасать? Милонег теперь повсюду следовал тенью, одним присутствием напоминая об опасности.
Когда живешь в ожидании беды, она непременно случится. Напрасно я считала наш дом неприступной крепостью. Уже вечером, когда улеглись тревоги и волнения, понизился общий градус напряжения, затихли пересуды и наставления молодежи, жизнь вернулась к прежнему ритму.
