Пока что будет довольно сказать, что мы всегда знали: однажды Творение будет разрушено и истинного отцовства будет не хватать гораздо сильнее, чем материнства. Пойми меня правильно: необходимо и то и другое, однако важность отцовства требуется подчеркивать по причине его катастрофического отсутствия.
Мак отвернулся, чувствуя, что ему вот так, сразу, не осмыслить услышанное.
— Ты ведь знала, что я приеду? — спросил он негромко.
— Разумеется, знала, — Она по-прежнему была занята и стояла к нему спиной.
— В таком случае был ли я волен не приезжать? Был ли у меня выбор?
Папа снова повернулась к нему лицом, ее руки были испачканы тестом и мукой.
— Хороший вопрос, но как далеко тебе хотелось бы зайти? — Она не ждала ответа, зная, что у Мака его нет. Вместо того она спросила: — Ты веришь, что волен уехать?
— Полагаю, что да. Это так?
— Конечно так! Мне не нужны пленники. Ты волен выйти в эту дверь хоть сейчас и отправиться к себе, в пустой дом. Или же пойти вместе с Вилли в «Мельницу».
Даже если я знаю, что из любопытства ты приедешь, лишает ли тебя мое знание возможности уйти?
Она умолкла на мгновение, потом вновь занялась стряпней, говоря через плечо:
— Или же, если ты хочешь продвинуться хотя бы на йоту, мы можем поговорить о природе свободы как таковой. Означает ли свобода то, что ты можешь делать все, что хочешь? Или потолкуем обо всех ограничениях в твоей жизни, которые на самом деле лишают тебя свободы? О генетическом наследии твоей семьи, о твоей уникальной ДНК, об особенностях метаболизма, о всяких там квантах, которые выведут нас на над атомный уровень, где лишь я являюсь вечным наблюдателем? Или же обсудим такие темы, как вторжение в твою душу болезни, которая живет и сковывает тебя, влияние социума, окружающего тебя, привычки, которые порождают синаптические связи и прокладывают тропки в твоем разуме? А ведь есть еще реклама, пропаганда и парадигмы.
Учитывая влияние всех этих факторов, всех этих влияний и ограничений, — вздохнула она, — что на самом деле есть свобода?
Мак в очередной раз не нашел что ответит!
— Только я могу тебя освободить, Макензи, но свободу нельзя навязать силой.
— Я не понимаю, — отозвался Мак. — Я даже не понимаю, что ты сейчас сказала.
Она улыбнулась.
— Я знаю. Я и не надеялась, что ты поймешь прямо сейчас. Я говорила на будущее. В данный момент ты не понимаешь даже, что свобода — это развивающийся процесс.
