Не знаю, как я устояла вообще на ногах и не рухнула перед ним на колени.
– Я приду к тебе ночью, – он склонился и прошептал на ухо, зацепив чувствительную кожу губами.
Не спрашивал, не предлагал. Поставил перед фактом. А я… не то чтобы не посмела, я просто не захотела оспорить. Не смогла. Не вышло."
"И жалела об этом, когда он ушёл, оставив меня в этой красивой комнате наедине с мольбертом и красками. Я так и стояла посреди комнаты с кистями в руках и пошевелиться не решалась.
А когда за мной всё же пришла Вафия, то ей пришлось уводить меня за руку, будто я была в ступоре.
Но это был не ступор. Кажется, я совершенно точно теряла свою твёрдую решимость остаться собой и принадлежать только себе одной. Нафиз со своим восточным великолепием затягивал меня, словно зыбучие пески. Поглощал и лишал воли.
Я теряла ту Ксению, которой являлась. Ту жёсткую журналистку, способную вывести на чистую воду, способную создать такой материал, который цеплял народ. Ту, которая умела сохранять холодный рассудок, которая решала сама за себя и гордилась этим.
Мягкое, сладкое принуждение обволакивало, не давая больно биться о прутья золотой клетки, заставляло терять желание выбраться и вызывало трепет от мысли о подчинении. Приятный трепет.
И всё это было неправильно. Моё нутро восставало, но со временем всё тише. Подсознание начало понимать, что выхода нет и стало подкидывать варианты компромисса.
Но я так не хотела. Пока имела силу не хотеть.
В комнате я снова легла спать. Раньше днём себя было не заставить.
жалко времени, потом весь день как чумной, если вдруг случайно получится. А тут будто в яму провалилась посреди дня.
Проснулась от того, что меня трясли за плечо.
– Сайеда, вставай, – услышала я приглушённый голос Вафии.
– Сколько времени? – я села на постели, ощущая голову тяжёлой чугунной кастрюлей.
– Почти полночь.
– Тогда зачем ты будишь меня? Оставила бы до утра.
А потом я вспомнила слова Нафиза, что он сказал мне перед уходом, и сон как рукой сняло. Сама не понимала, к чему готовиться.
Сопротивляться или принимать поражение.
– Он здесь?
– Нет, сайеда, – ответила Вафия и я выдохнула. У меня появилось ещё немного времени. – Но я кое-куда хочу тебя отвести. Вставай!
Тряхнув головой и потерев глаза, я встала с кровати, едва успела поправить на себе платье, когда Вафия набросила мне на голову длинную накидку, опустившуюся волнами ткани до самых щиколоток. В ней даже прорезей для глаз не было. Точнее были, но и они закрывались чёрной сеткой.
