Ну и пусть!
– Не нужно идти за ней, Данталион, – услышала я за спиной твёрдый голос Корделии. – Лучше подумайте, что бы вы чувствовали на месте этой девушки.
Я почти бегом добралась до своей комнаты и упала на кровать. Меня всю трясло от рыданий. Зефир молча пристроился рядом, обнимая мою ладонь лапками. Через какое-то время дверь открылась. Разноглазка проскользнула внутрь и села на кровать, гладя меня по спине.
– Дейзи, – прохрипела я слабым из-за рыданий голосом.
Мне стало стыдно, что я так упивалась своим горем и забыла про подругу.
– Корделия заперла её в кладовке. Она сейчас у медсестры, ей должны дать какие-то травки от стресса, – успокоила меня Глория. – Как ты? Уже лучше?
– Мне жаль, что я так разистерилась. – призналась я. – Но когда я поняла, что мамы там нет… и что с ней случилось ужасное… у меня просто снесло крышу.
– Мы всё понимаем, милая, – попыталась успокоить меня Глория. – Поэтому ректор перенёс наш разговор на вечер. Да и сейчас он очень занят.
При нашем разговоре, несмотря на обстоятельства, я отметила бледность Дина, его болезненный вид.
Дракону стало чуточку лучше, но он явно всё ещё болен… Какие у него могут быть дела?
Не дождавшись моего ответа разноглазка выпалила на одном дыхании:
– А всё потому, что в академию приезжает его отец. Божественный император-дракон! –
Я повернулась и уставилась на подругу в недоумении. Неужели мне послышалось? Но по волнению в её взгляде поняла, что Глория всё это время хотела рассказать новость, но сдерживалась, давая мне время прийти в себя.
– Император-дракон? Тот самый которому сотни лет? – пробормотала я, садясь на кровати.
Зефир открыл один глаз и ехидно произнёс:
– А ты знаешь других императоров-драконов?
– Но что ему делать у нас?
– Кажется, он считает, что его сын не справляется с возложенными на него обязанностями ректора, – пояснила Глория."
"– Из-за Авроры? – я произнесла имя девушки и тут же почувствовала себя не в своей тарелке.
Говорят, из-за того, что её дух потревожили сразу после смерти, Аврору потом почти сутки не могли успокоить опытные некроманты.
Ну и делов мы тогда наворотили…
– Из-за неё, – кивнула разноглазка. – Убийца ведь до сих пор бродит среди нас.
– Хватит нагнетать, – попросила я. – Надеюсь, Дину не влетит…
– Мне показалось, или ты сказала, что он назвал тебя своей истинной! – вспомнила Глория, хватая меня за рукав. – Неужели правда?
– Он, наверное, шутил, – попыталась отмазаться я. – Вот я и припомнила ему. В порыве злости.
