Свен направился обратно в избу; судя по его лицу, он был доволен, хотя Вито не очень поняла – чем дружину так обогатит один молодец и два отрока?
Глава 2
До вечера Вито не успела забыть эту встречу и, увидев в девичьей избе Радонеги новое лицо, сразу о ней подумала. У Свенельда на дворе челядинок было пока только две, и по вечерам Вито ходила на супредки в привычное место – к своей свекрови. Тайком мечтала по пути с посада в город: Свен приведет полон, отроки-свеи возьмут жен, у нее под началом окажется десяток служанок, а может, и два – всем работа найдется.
Тогда она велит выстроить особую девичью избу, как у Радонеги или Сванхейд, и там будут раздаваться женские голоса, детские крики, стук веретен. Но когда она войдет, все разом замолчат, встанут, поклонятся, а она будет обходить избу, смотреть, кто чем занимается, проверять, хорошо ли прядут, усердно ли шьют, раздавать новые уроки…
У Радонеги тоже встали и поклонились, когда она вошла: жена среднего из трех братьев была старшей из двух имеющихся невесток, то есть второй после самой хозяйки-большухи.
К вечеру Вито сняла варяжское платье с большими наплечными застежками и надела попроще, из тонкой серой шерсти, с узкими полосками красного шелка на рукавах и вороте. Сюда собирались женщины из других домов вокруг княжьего двора, и всякий вечер на скамьях бывало тесно. Радонега еще не появлялась, и пять-шесть служанок и гостий пока больше болтали, чем работали.
Вито прошла к столу, взяла кусочек хлеба и направилась к печи, сложенной из крупных камней.
– Макошь-матушка, благослови нас прясть, и ткать, и узоры брать! – Поклонившись, Вито положила кусочек в печь.
Прочие женщины вдоль скамей тоже поклонились, потом сели и взялись за работу уже с усердием. Вито уселась возле печи, напротив пустого места, оставленного для Радонеги. Бросила грустный взгляд на ткацкий стан, накрытый полотном: еще шли Велесовы дни, ткать сейчас нельзя, все пойдет вкривь и вкось.
Ладно бы только полотно – вся судьба ткачихи и ее будущее потомство, а благополучие этого потомства было для Вито важнее всего на свете. Да и как иначе! Свен взял ее в жены, тогда еще слишком юную для настоящего супружества, не ради красоты ее – тогда она была как почка на ветке, да и не разглядел он ее толком, не до того было. И не ради приданого. И никакой помощи от ее отца – князя Драговита из Велиграда – он получить не мог и не рассчитывал.
