Теперь Хастен казался каким-то посланцем богов, знающим больше, чем обычные люди, и хотелось ему верить.
– Гляди, к утру из Честова нам подмога подойдет! – подбадривал людей Хастен, сам выглядевший в эти дни веселее и приветливее обычного. – Не зря же отроки убежали.
Еще когда русское войско только показалось у дальнего поворота реки, из ворот успели выпустить двоих отроков верхом, да с заводными конями, чтобы предупредить сидящих выше по Упе – в Крутовом Вершке, в Ржавце и Честове. Но ранее утра эта подмога не могла подоспеть, да и то если будет идти всю ночь.
"
"– Да с чего они придут? – в досаде бросил Ярдар. – Так мужики и побежали! Аж поршни растеряли!
Он не верил, что Любован и Велемер сами по себе, без воевод, надумают собирать дружину и идти навстречу врагу. Скорее они, получив тревожную весть, пустятся бежать дальше на восток, рассыплются по лесным заселицам, где чужаки их не найдут. Воевать – не оратаев дело, для того в Тархан-городце дружина сидит.
Понемногу рассвело. Русское войско было все там же, на лугу. Оглядывая его с вала, Ярдар не видел никаких приготовлений к отступлению. Зато слышал звуки ударов по железу – должно быть, в походной кузне чинили оружие. Множество костров обтекало Тархан-городец со всех сторон, словно огненное море. Глядя на эти пламенные глаза во тьме, легко было представить, что кольцо будет сжиматься, наползать на мыс, пока не зальет огнем и не сожжет весь город…
Русы сновали между станом и лесом, таскали какие-то длинные жерди, охапки веток – гораздо больше, чем нужно для костров, целыми санями возили.
– Может, они этому своему краду хотят делать? – сказал было Завед. – Слышу, даже куют вроде что-то…
– Нам они краду хотят делать, брате! – негромко ответил Ярдар.
– Нам-то своих как хоронить? Дрова все вон где, – Завел кивнул на ворота, – да и не делают жглище[73] прямо возле изб…
– Скажи, чтобы в подполы прибрали пока, – велел Ярдар. – Пусть там полежат на покое, а как сумеем, – он кивнул на поле, имея в виду «сумеем выйти», – так и справим все по порядку.
Совсем недавно – или многие годы назад? – тархановцы справляли «по порядку» поминки по павшим на Угре… Но, видно, те не желали уходить одни. Они и сейчас стояли где-то рядом и ждали себе товарищей, тех, с кем привыкли жить.
Завед вздохнул и убрел.
В дальнем закоулке ума чей-то голос кричал, что никуда и никогда они не сумеют выйти.
