И заговорила:
– Дыра дырявая, труха трухлявая, тьма густая, пустота пустая…
Верба заскрипела громче, откликаясь; ветер усилился, так что Заранка почти не слышала своего голоса, но оно и лучше. Не ей нужно слышать – пусть ветер хватает каждое слово, не упустит ни одного, пусть несет к Маре-Морене, Темной Кощной Владычице."
"На море на окияне, на острове Буяне,Течет река Смородина, водами черными, по камню горючему.На том камне горючем стоит изба ледяная, вокруг нее тын железный,На каждой тычиночке – по буйной голове молодецкой,Запоры крепкие – руки девичьи, подпоры прочные – кости белые.
А в той избе сидит Черна Моренушка,Темная Хозяюшка, Морена Заморочица, полуденница-полуночница…Холодные мелкие капли упали на разгоряченное лицо Заранки – слезы ветра. Это знак – они все здесь, те, кого ведуница зовет. Изнутри поднимался жар, а кожа была холодна, и казалось, что с каждым словом тепло утекает наружу и уносится ветром, а взамен холод проникает внутрь – до костей и крови.
Она берет ледяной острый меч,Рубит она железные двери, прочные запоры,Говорит таковы слова:Ой вы сестры-трясовицы,Огнея, Гнетея, Знобея, Ломея,Трясея, Хрипея, Глухея, Пухлея,Сухея, Желтея, Чернея, Хлодея, Кощея!Выходите на вольную волюшку,Летите в Тархан-городец,Сыщите там Ярдара, Ёкулева сына,Бейте его и грызите, несите ему хвори-недуги,Сокрушите в нем сердце ретивое, белые кости, черную печень,Чтоб томила его тоска-крушина, при ясном солнце, при светлом месяце,И ту тоску ему есть – не заесть, спать – не заспать, пить – не запить.
Огонь тушите, ясный свет глушите,Топором рубите, серпом секите,Несите ему все сглазы и болезни, все призоры и прикосы,Сглазы и оговоры…Заранка говорила и говорила, прижав ладони к глазам, чтобы не встретиться взглядом со всем тем злом, какое призывала на голову своего недруга. Ветер выл, подпевая ей, и в его шуме слышался визг и хохот злобных кудов, которым указали цель и жертву. Заранка сама себя не слышала, она давно перестала выбирать слова – они сами приходили на язык, минуя ум; ей мерещилось, что не стоит она на узкой полоске жухлой подмерзлой травы между ельником и болотом, а плывет на лодочке по темному морю облаков…
Но вот ветер стих.
Заранка опустила руки, перевела дух, вновь осознавая твердую землю под ногами. Взглянула вверх – луна до половины укрылась за облаком. Надо спешить – без помощи светила она дороги домой не найдет.
Заранка разомкнула обережный круг и осторожно приблизилась к вербе. Та стояла молча, будто отдыхая от мучивших ее духов.
