– Мо Жань! В этой ситуации что еще ты можешь сказать в свое оправдание!
– Убийца! Ты сошел с ума!
Впавшие в неистовство юйминь, рыдали и выли:
– Пусть заплатит жизнью! Убейте его! Убейте!
Мо Жань же просто лишился дара речи. Все, что он мог сказать:
– Если я убийца, то почему все еще не покинул Заоблачный Павильон? Если бы их убил я, разве стал бы ждать, пока вы придете и схватите меня?
Рыжеволосая юйминь сплюнула и с презрением крикнула:
– Тьфу! В прошлый раз ты говорил то же самое. Нет у тебя совести…
Другая подхватила:
– Почему убита только стража, а ты жив и здоров?
– Да, верно!
– Вот уж правда, чужая душа – потемки!
– Даже если убийца не ты, он точно как-то связан с тобой! Почему он не убил тебя?! Скажи нам!
– Кровь за кровь!
Мо Жаню действительно стало смешно.
В прежней жизни он косил людей как траву, но никто не осмелился напомнить ему о “кровном долге”, никто не посмел потребовать заплатить “кровью за кровь”. Но в этой жизни он никого не убивал, но его постоянно несправедливо обвиняют.
Вот уж, воистину, этот мир так несправедлив. Он закрыл глаза, собираясь с мыслями, и только хотел ответить, как в небе появилась алая вспышка, которая устремилась к Заоблачному Павильону.
Правительница юйминь медленно спустилась с небес на землю. Выражение ее лица не предвещало ничего хорошего.
– Мо Вэйюй.
– Святая Правительница.
Правительница юйминь пристально посмотрела на него, затем подошла к телу ближайшей повешенной стражницы и прикоснулась к затянутой на шее покрытой кровью ивовой плети.
– Где ваше оружие? Предъявите мне его, я хочу увидеть.
– …
– Не желаете?
Мо Жань вздохнул. Его божественное оружие Цзяньгуй за время, что он совершенствовался в Персиковом Источнике, видели многие. Кроме того, после убийства Восемнадцатой он уже успел продемонстрировать его, и если сейчас достанет Цзяньгуй, то простого сравнения с обрывками на шеях убитых будет достаточно, чтобы придать еще больший вес обвинениям против него.
Однако если он не сделает этого, то это только подтвердит их подозрения.
Мо Вэйюй призвал свое оружие. Со свистом и шипением огненное сияние в его руке материализовалось в ярко-алую изящную лозу ивы."
"– Святая Правительница, вы хотели увидеть мое оружие? Пожалуйста, смотрите.
Глава 75. Этот достопочтенный невежественный и непослушный
Люди в толпе уставились на Цзяньгуй, затем дружно перевели взгляд на обрывки алой лозы, сжимающей шеи мертвых стражниц.
