Еда – самая важная вещь в жизни человека!
Сказав это, Мо Жань подхватил палочками побольше лапши и, засунув в рот, одним движением засосал всю так, что его щеки вмиг раздулись, как у хомяка.
– Может, на вид и не так красиво, но вкус совсем неплох.
– ... – лицо наблюдающего за этим процессом Чу Ваньнина скривилось. – Ты можешь есть, не чавкая…"
"– Ха-ха-ха! – Мо Жань довольно похлопал себя по бедру. – Малыш, ты точь-в-точь как мой Учитель! Однажды он тоже сказал мне не жевать так громко, и, знаешь, что я сделал? Обедая с ним, я специально бросил обглоданную кость в его тарелку.
Как же он был зол! Ха-ха-ха!
Чу Ваньнин в гневе заскрежетал зубами:
– Какая наглость!
– Да-да! Так все и было! И сказал он то же самое. Откуда ты знаешь? И после этого еще будешь отрицать, что между вами есть связь. Чем больше я об этом думаю, тем больше уверен, что вы с ним родственники. Когда Учитель приедет, обязательно расспроси его об этом? Эй, почему ты стащил мою половину яйца!
Автору есть, что сказать:
Корм для рыбок: Младший брат** младшего брата хочет рис или лапшу***?
Белый кот: – Наступили холода.
Не лучше ли отведать собачатины?**** (плотоядная усмешка)...
[* Тут автор использует двойной смысл 弟弟диди – помимо основного значение младший брат, имеет слэнговое – “половой член”;
** опять двойной скабрезный смысл: в этом контексте подразумевается просто потрахаться (поесть) или минет (взять в рот, а длинную лапшу, как вы знаете, очень характерно всасывают);
*** собачье мясо в Китае употребляется в лечебных целях, в том числе для улучшения иммунитета и профилактики простудных заболеваний, но данная конкретная Собачатина вряд ли согласится с планами Белого Кота.
Хотя, если он хочет засосать его диди…]
Глава 72. Дуньтан этого достопочтенного
[*炖汤 дуньтан – суп-рагу из тушеного мяса или рыбы (обычно с овощами, рисом), готовят и подают в горшочке].
Вечером два человека просто лежали рядом на просторной каменной кровати. Время в заключении тянулось невыносимо долго.
Они уже потренировались и поели, а больше заняться было нечем. Сделав несколько кругов по довольно просторной пещере, Чу Ваньнин просто сел и начал медитировать. Но для Мо Жаня даже час, проведенный взаперти, казался вечностью.
– Ох, как же мне скучно! Как скучно! Давай развлечемся? Во что ты хочешь сыграть?
Чу Ваньнин, не открывая глаз, сказал:
– Ложись спать.
– Еще не время, – Мо Жань взглянул на песочные часы и покачал головой. – Еще слишком рано.
