В прошлом Мо Вэйюй отнял бесчисленное число жизней, так почему же сейчас вдруг стал таким мягкосердечным?
Он схватил Чу Ваньнина за руку и собирался как можно быстрее распрощаться с этими людьми, но возглавлявший отряд воин обратился к нему:
— Когда войдете в Линьань, в первую очередь найдите место для ночлега. Все жители города собираются в ближайшее время переселиться на гору Путо[1]. Те места наполнены мощной духовной энергией, защищающей землю от вторжения призраков. Вы совсем одни, безопасней было бы дальше отправиться со всеми?
[1] 普陀 Путо — одна из четырех знаменитых гор, являющихся столпами китайского буддизма.
— Все жители города?
— Да, — глаза мужчины засияли, и лицо его просветлело. — Благодаря отличному плану нашего молодого князя Чу, у всех жителей есть надежда начать все заново в новом месте. Ох, да, мы же должны успеть до наступления ночи осмотреть все окрестности и вернуть в город выживших. Сяо Мань, пора уходить, идем.
Но сколько он не звал плачущего юношу, тот вцепился в труп приемного отца и даже не повернул головы.
Мо Жань вздохнул и, потянув за собой Чу Ваньнина, тихо сказал:
— Пойдем в город.
Чу Ваньнин кивнул и вдруг спросил:
— Ты ведь думаешь, что этот план с переселением обречен на провал?
Мо Жань сжал его холодную и мягкую ладошку и сказал:
— Ты хочешь услышать правду или ложь?
— Конечно, правду.
— Детям лучше не говорить правду.
— У них ничего не вышло, — констатировал Чу Ваньнин.
— Верно. Вот видишь, ты же сам все понимаешь.
Я могу дать тебе и другой ответ, если спросишь снова, но исход этой истории от этого не изменится.
Но Чу Ваньнин продолжил задавать вопросы:
— Ты знаешь, почему у них не получилось?
— Почему ты спрашиваешь это у меня? Я же не старый демон, проживший двести лет! Откуда мне знать, что пошло не так?
Чу Ваньнин долго молчал. Через некоторое время он мрачно сказал:
— Двести лет назад в Линьане почти все погибли.
Мо Жань: — ….
Чу Ваньнин продолжал:
— Спаслись очень немногие.
— Погоди, младший брат, откуда ты это знаешь?
Чу Ваньнин одарил его раздраженным взглядом.
— Старейшина Юйхэн не раз упоминал об этом на своих лекциях. Ты же посещал его занятия, а теперь спрашиваешь, откуда я знаю? Это просто возмутительно.
Мо Жань некоторое время не находил слов, чтобы ответить. Он был значительно старше, но младший брат отчитал его за невнимательность как нерадивого ученика. Однако, поразмыслив, он решил не опускаться до споров с ребенком.
