Молодой человек облизал потрескавшиеся губы, и тут в лунном свете заметил мандариновое дерево в соседнем дворе. По какой-то причине его глаза загорелись, зрачки ярко заблестели, но это свечение длилось недолго. Он потер подбородок и приказал:
— Маленькая девочка, сорви мандарин и почисти его для меня.
Ло Сяньсянь наконец шевельнула губами, чтобы заговорить, ее голос был тонким и дрожащим, но ответила она без колебаний:
— Старший брат, это фруктовое дерево не принадлежит моей семье.
Оно чужое, я не могу брать с него мандарины.
Молодой человек был ошеломлен. Казалось, он что-то припомнил, и его лицо медленно потемнело.
— Если я сказал «выбери» — значит иди и выбери. Я хочу съесть мандарин, так что тебе лучше сорвать его прямо сейчас!
Последнее слово он уже прорычал. Это было так страшно, как будто этот звук был разорван на куски между зубами, прежде чем его выплюнули. Ло Сяньсянь дрожала от страха, но упрямо оставалась на месте.
У маленькой девочки был мягкий характер, но принципы непоколебимы, как и у ее отца.
— Не буду.
Молодой человек вдруг прищурился, и его рот еще больше скривился:
— Ты знаешь, с кем разговариваешь, маленькая вонючка[4]?!
[4] 臭丫 chòu yāчоуя — вонючая девочка, дурнушка."
"— Если хотите воды — я налью вам. Если хотите поесть — в доме найдется еда. Но мандариновое дерево не принадлежит моей семье, я не могу брать с него плоды.
Папа сказал: брать, не спрашивая — значит воровать. Я честный человек. Богатством нельзя злоупотреблять, бедность нельзя… нельзя… прирезать…
От волнения она оговорилась и сказала «прирезать» вместо «презирать». Эта маленькая девочка притворялась храброй, ее лицо покраснело от страха и смущения, но малышка упрямо цеплялась за учение своего отца, бормоча и заикаясь, тараторя все, что она хотела сказать. Но под пристальным взглядом этого молодого человека она уже дрожала так сильно, что у нее подкашивались ноги.
Мужчина, казалось, лишился дара речи.
Если бы в другое время и от кого-то другого, он услышал слова «брать, не спрашивая — значит красть», «богатством нельзя злоупотреблять, бедность нельзя презирать» или «я честный человек»... пфф, он бы расхохотался.
Но сейчас он не мог смеяться.
Вместо этого гнев, как табун лошадей, беспощадно топтал его сердце.
