Губы у моей падчерицы вдруг задрожали, а глаза наполнились слезами.
– А вот плакать не надо, – поругала я с нарочитой строгостью, вытирая ей щеки. – Слёзы портят цвет лица.
Она быстро закивала, так не произнеся ни слова.
– Юная леди очень молчалива, – заметила мадам, самолично укладывая в сундучок тончайшее белье и нижние сорочки.
– Украшение юной леди – скромность и молчаливость, – напомнила я.
– Ах, да, – согласилась мадам. – Всего доброго, приезжайте к нам ещё, миледи. Вместе со своей милой подопечной. Платья будут направлены вам в конце недели, – мадам Левелье проводила нас до выхода и придержала двери, выказывая высшую степень почтения.
Потом мы с Гюнебрет посетили лавку башмачника, где приобрели пару изящных дамских зимних сапожек и заказали еще полдюжины башмаков на все случаи жизни. А потом заехали в лавку сладостей и накупили шоколадных конфет и прочих вкусностей, чтобы сравнить их с теми, что готовила я в лавке Ренна.
– Твои вкуснее, – изрекла Гюнебрет, доедая десятую конфету.
– Согласна, – ответила я, – эти сладости… как бы сказать?.
. недостаточно изысканные для таких утончённых леди, как мы.
Девушка фыркнула и взяла ещё одну конфету.
Мы ехали в открытых санях, закутанные в теплые накидки, с закрытой жаровней в ногах, да еще и укрывшись медвежьей шкурой, и ели конфеты и сладости, что приобрели."
"Навстречу нам попался отряд королевских гвардейцев, и добрые сэры не оставили нас без внимания, раскланявшись с нами (не сходя с коней), и припомнили строки любовной баллады, в которой говорилось, что бретонские девушки подобны цветам, но они лучше цветов, потому что зимой расцветают еще ярче.
Гюнебрет, которой подобная галантность, очевидно, была в новинку, смотрела на меня с таким ужасом, словно ей предстояло одной идти на медведя. Хотя я была уверена, что перед медведем она спасовала бы меньше.
– Сейчас ты будешь часто слышать подобные слова, – посчитала я нужным сделать ей внушение, когда гвардейцы удалились, и поймала себя на мысли, что повторяю слова своей матушки.
– Потому что мужчины увидят в тебе девушку, невесту. Не всегда эти слова будут искренними – будь к этому готова. Ты очень богатая невеста, и многие мужчины будут сражаться между собой, чтобы назвать тебя своей. Надо понять, кто будет сражаться за тебя, а кто – за твоё приданое. И тут главное – не ошибиться. Но я уверена, что твой отец не ошибется, – успокоила я Гюнебрет, когда она запаниковала ещё больше. – И не надо так бояться. Город и люди не страшнее диких зверей.