– Господи… Что с моим ребенком? Как он?
Ладонь, наконец, двигается с места. Укладываю её на живот, будто смогу считать сердцебиение малыша. Сознание понемногу возвращается, обрушиваясь на меня потоком воспоминаний.
– Начинаешь в себя приходить? – замглав по-доброму улыбается, двигает стул ближе к моей кровати. – Всё хорошо, что с твоим богатырём случится?
– Может девочка будет…
– Может и девочка. Княгиня, богатырь – в порядке. Мамочке куда больше досталось. А плод в норме, всё хорошо. Напугала же ты нас, Юсупова.
Выговор тебе.
Я сама испугалась.
Боль вливала дозу страха внутривенно, заставляя паниковать. Помню, как злилась, кричала. Сначала на Артёма, который делал всё слишком медленной. Потом на коллег, те привели меня в палату, а не спешили спасать моего ребенка.
А потом кричали уже на меня. Серафима Ивановна. Отчитывала, как школьницу, которая не выучила уроки. Заставила раз десять перечислить признаки воспаления аппендикса и порядок действий во время операции.
Аппендицит.
Обычный обостренный аппендицит.
Меня тошнило, была повышена температура – классические симптомы для обоих случаев. Я бы не заметила быстро, если бы не обострившаяся боль внизу живота.
Подумать только, на днях я ругала парня, который попал в критическом состоянии. А сегодня – сама такая. Жутко стыдно. Теперь все будут подкалывать, что я диагноз неправильно поставила.
– Нельзя выговор, я на больничном, – бормочу, силясь не заснуть. Кручу головой, но веки опускаются. – А можно мой телефон? Мне нужно позвонить.
– Без тебя обойдутся.
– Нет. У меня встреча с адвокатом. Он будет ругаться, если я не предупрежу.
Я только сейчас вспоминаю об Ильясе, до операции меня волновало совсем другое. Риск потери ребёнка отрезвляет, четко расставляет приоритеты. Но время близится к обеду, а встреча у меня в пять.
Лучше предупредить мужчину, иначе, чувствую, он напрочь откажется связываться со мной. А мне нужна его помощь! Хотя бы для того, чтобы правильно оформить развод.
Серафима Ивановна протягивает мне мою сумку, а сама уходит.
Обещает кого-то прислать, чтобы не давали мне спать. Но пока я говорю с Рахмановым – заряд бодрости мне обеспечен.
– Да, – Ильяс отвечает быстро. – Срочное?
– У меня не получится приехать на встречу."
"– Тогда у меня не получится нормально заняться твоим делом.
– Я в больнице. То есть как пациент. Простите, что не предупредила раньше. Мне сегодня вообще нельзя будет вставать. Но мне нужно кое-что сказать. Важное. Демид… Думаю, он тоже сегодня узнает.
