Поверь, я этого и ждал. Заслужено. Я сволочь? Да. Но я делал так как считал нужным.
– Делай и дальше. Как хочешь. Но когда всё закончится, не смей ко мне приближаться. Или к ребенку. Я сделаю всё, чтобы ты был на расстоянии. Я не позволю извратить и ребенка вашими странными порядками, ясно?! Со своей философией «должен и нужно» держись от нас подальше.
– Погоди…
– Нет! Я тебя предупреждаю, Юсупов. Мне плевать, как сильно понадобится окунуться в твою же грязь, но я сделаю так, чтобы ты и близко не подошел к нашему ребенку.
Сейчас мой страх, что Демид попытается отобрать малыша – исчезает. Вместо этого приходит желание зубами рвать, если понадобиться защищать ещё не родившуюся кроху.
Потому что я не хочу, чтобы он рос таким же.
Сейчас Юсупов кажется мне монстром, который столько лет таился за маской примерного мужа.
Это всегда в нём было?
Или что так повлияло?
Демид смотрит на меня по-другому. Словно что-то в моих словах его удивило. Настолько, что сейчас по лицу мужчины идет дрожь. В глазах – непонятный костер вспыхивает.
Он весь меняется, за секунду. Будто плечи расправляет, вливает в себя необъяснимую силу от моих криков. Что такого я сказала? Но разбираться больше нет сил.
– Уходи, – прошу тихо. – Я больше не могу с тобой разговаривать. Главное ты сказал. Я устала, Демид.
– Лиза…
– Уходи! Хочешь защитить меня? Хорошо! Я буду здесь! Но ты больше не приезжай. Меня тошнит от одного твоего вида.
Демид не двигается с места. Его взгляды, как крючки, проникают под мою кожу. Я не жду, разворачиваюсь и ухожу на второй этаж.
Прячусь в спальне, прислоняясь спиной к двери.
Спустя несколько минут я слышу гул мотора. Юсупов действительно уезжает. Прислоняю ладонь к груди, заставляя себя дышать. А после сползаю вниз, падаю на пол.
Оказывается, я не ненавидела Демида.
Когда всплыла его измена – было ужасно, но терпимо. Люди расходятся, пусть и так грязно.
Оказался мерзавцем? Бывает, не увидела вовремя его натуру, сама виновата.
Но то, что сейчас выплывает, ранит намного сильнее.
Демид решил сыграть в какого-то героя, вершителя судеб. Он мной играл. Как куклой, которую не жалко сломать.
Вот сейчас…
Сейчас я действительно ненавижу мужчину. Ненависть бурлящей лавой затапливает, выжигая последние нежные чувства, что прятались в душе. Всё исчезает.
Не остается ничего.
Глава 43. Демид
– Какого черта?
Артём, ещё не успев прийти в себя, отшатывается и держится за челюсть. Кожу на костяшках саднит, а внутри одно желание – не останавливаться. Ещё.
