– Не ври. Я на гадости не способна.
– Я имею в виду творчество. Я зеркалил твой свет. Как в том спецэффекте с шаром диско, помнишь? – Андрон засуетился и перешел на шепот: – Слушай, раз уж вы с Нехорошевым в таких близких отношениях, может, напомнишь ему обо мне?
– Ты что, Андрон, не переоценивай. В близких отношениях я была с тобой. А с ним я всего лишь сплю.
Зазвучали вступительные ноты аргентинского танго. Ведущий сказал что-то пафосное, все отошли на край танцпола. Нехорошев пригласил Асю на танец, они заскользили по паркету.
Исполнить на свадьбе танго было Асиной идеей. Она нашла в интернете танцовщика Васю, и в десять вечера после работы они ходили с Нехорошевым в маленький зал недалеко от Останкинской башни. Вася был тонким и улыбчивым бальником, ему нравилась эта белобрысая пара, и он с энтузиазмом учил их эффектным па. В рабочее время, когда Федя и Афанасий Гераниевич выходили покурить, Ася закрывала изнутри дверь в кабинете Нехорошева, и они репетировали танго."
"– Все-таки они оба придуриваются, – шепнула Анька-редактор своей подруге Риктовой.
– Все у них серьезно и надолго.
– Я тоже подозреваю, что мы не дождемся, – кивнула Риктова.
Ася с Нехорошевым двигались легко и ритмично, воздух вокруг них исходил тем легким свечением, которое бывает у пар, объединенных неслучайно и, возможно, навеки. Они смотрели друг на друга с легкой улыбкой, заранее прощая все ошибки, описки и кляксы в долгой, только еще начатой совместной повести. Гости стояли в умилении, родители плакали. На последнем аккорде Нехорошев эффектно бросил Асю на колено и завис над ней коршуном.
Она замерла, изогнувшись, обвив его бедро тонким каблучком. Все закричали и захлопали в ладоши. Ася неслышно застонала: «Спина-а-а». Нехорошев притянул ее к себе, прижался носом к носу и прошептал: «Я же говорил, нужно давно сделать рентген».
Из ресторана выходили вечером, на Тверском бульваре было людно, машины толпились в пробках, вливаясь фарами в нарядную уличную иллюминацию.
– Смотрите, Анастасия Кречетова! – Десятилетняя девочка восторженно задергала родителей, и те заулыбались, разглядывая Асю с Нехорошевым, как наряженных манекенов в ЦУМе.
Девчушка порылась в розовой сумочке, достала ручку с блокнотиком и протянула Асе:
– Распишитесь, пожалуйста!
Ася радушно рисовала автограф, ее обступили уже несколько человек, желая счастья и процветания. Пьяный мужик долго тряс руку Нехорошеву, нескромно выясняя, за какие достоинства его выбрала народная артистка России.
