Это одна из тех вещей, которые я больше всего ценю в своей матери. Я смотрю на Лейкин и вижу, что на ее щеках появился легкий румянец. Когда ее глаза встречаются с моими, мы оба улыбаемся.
— Не волнуйся. Это взаимно, — говорит мне мама.
— Я знаю, что это так, — отвечаю я. — Потому что я попросил ее выйти за меня замуж, и она сказала «да».
Глаза моей мамы расширяются. — Ладно, этого я не предвидела.
— Это быстро. Я знаю.
— Это НАСКАР (Национальная ассоциация гонок серийных автомобилей), — поправляет она.
Я киваю. — Но мама, я никогда в жизни не был ни в чем так уверен. Она для меня - все, и я знаю, о чем ты думаешь. Что торопиться некуда. И что если нам суждено провести остаток жизни вместе, то мы и так это сделаем. Но каждый раз, когда я думаю о ней, слово «девушка» не подходит. Она намного больше, чем это. Поэтому я не хочу ждать только потому, что общество установило какие-то стандартные сроки для этого дерьма. Я хочу сделать ее своей, как можно более официально и законно.
Моя мама вздыхает, на ее лице появляется мягкая улыбка, когда она поворачивается к Лейкин. — А как насчет тебя? Я уверена, что у твоих родителей будут свои сомнения по этому поводу.
— Пускай, — просто отвечает она, затем ее взгляд встречается с моим. — Мы справимся с этим так же, как и со всем остальным — вместе.
Я никогда не целовал девушку на глазах у своей мамы. У меня никогда не было кого-то, достойного того, чтобы поцеловать ее на глазах у моей мамы. Но с Лейкин она стоит целого чертова мира, и ничто не может помешать мне прижаться своими губами к ее.
Моя мама шмыгает носом, вытирая слезу со щеки. — Черт возьми, прости. Просто очень приятно видеть тебя таким счастливым.
— Я счастлив. Я проведу остаток своей жизни с кем-то, кто делает меня лучшей версией самого себя.
— Это все, чего я когда-либо хотела для тебя, — говорит она. — Поздравляю вас обоих. Единственный совет, который я могу вам дать, - запомнить это чувство. Держись за это и никогда не отпускайте.
Я притягиваю Лейкин к себе и целую в макушку. — Именно это я и делаю.
Входная дверь открывается позади меня, и моя сестра останавливается, когда видит, что мы все сидим за столом.
— О боже, — стонет Дев. — Кто сейчас умер?
Моя мама хихикает и кивает мне, чтобы я рассказал ей. Я оборачиваюсь, чтобы увидеть реакцию на ее лице. В одной руке она держит стаканчик из Макдональдса, а в другой - свой бумажник, и с любопытством смотрит на меня в ответ.
