Сидя напротив Роланда и наблюдая за каждым его движением, начинаю вновь сходить с ума, ловя слегка уловимый аромат мужского парфюма, которым пропахло и моё тело.
Растворить бы силуэты вокруг, чтоб остаться вдвоём. Повторить, казалось бы, неповторимое, чтоб кожу прожигала приятная боль, а стены пропитались стонами.
Не могу удержаться от желания прикоснуться к нему. Убедившись, что никто не видит, освобождаю ногу из изящных туфель и провожу ею вдоль ноги мужчины. После секундного замешательства, уголки его губ вздрагивают в улыбке и, оторвавшись от изучения меню, он поднимает на меня свой взгляд.
В его зрачках — пламя, в моих — он.
— Что будешь заказывать? — смотрит, ухмыляясь.
— Доверюсь твоему выбору, — улыбаюсь в ответ.
Он делает заказ за меня, а я пропускаю его слова мимо ушей, упиваясь движением его губ. Есть в нем что-то такое пленительное, гипнотизирующее.
— Роланд, — радостный женский голос со стороны быстро приводит в чувства, и, отдёрнув взгляд и ногу, я оборачиваюсь на неё. — Рада тебя видеть, дорогой!
Он удивляется, увидев её, но тут же встаёт и заключает в радушные объятия, пока я, скрепя зубами разглядываю лицо дамы.
От чего-то, её образ кажется мне знакомым.
— Здравствуй, Роланд — слышу позади себя до боли знакомый мужской голос и застываю, не веря своим ушам, надеясь, что воображение решило сыграть со мной злую шутку.
Сердце в груди начинает бешено стучать, мысли в голове путаются. До боли в пальцах впиваюсь в ручку дивана, молясь, чтобы это было простым совпадением, но увы…
Из-за спины выступает мужчина, протягивая Роланду руку.
Узнаю мужской силуэт, узнаю его профиль и, наконец, вспоминаю женское лицо. То самое, что разбило мне сердце.
Закрываю глаза, в надежде, что просто обезумела, и эти двое мне лишь мерещатся, но, открыв их, понимаю, что это никакой не обман зрения — все реально. И эту реальность надо пережить.
— Эльдар, — меняется в лице Роланд, но быстро возвращает себе холодную маску.
За секунды, что они пожимают друг другу руки, я успеваю пройти семь кругов ада.
Не должен мир быть настолько тесным, чтоб мужчина, который способен затмевать все мысли о прошлом, был знаком с тем, кто это прошлое создал.
Рассудок теряет сознание, оставив мое тело и душу разлагаться на глазах у всех.
Братство тоже встаёт, чтобы поприветствовать пару, и только я, словно вкопанная, прилипнув к дивану, пытаюсь восстановить дыхание. Но тщетно. Не вдохнуть — не выдохнуть. Один лишь выход — задохнуться, умереть, испариться.
