— Что на этот раз?!
— Ты только не злись, ладно? — кладу ладонь ему на руку. — Я сказала, что её отец — ты.
— Медея! — повышает голос и смотрит на меня, как на умалишенную. — Ты вообще в здравом уме?
— У меня не было выхода, — стараюсь спешно успокоить его. — Я не хочу, чтобы он знал, что он отец моего ребёнка, Рейн. Хочу, чтобы все поскорее закончилось, и я снова исчезла."
"— И ты думаешь, он поверит в это, увидев её?
— У тебя ведь тоже голубые глаза, как и у малышки. А черты лица — мало ли что ему может привидеться.
Да и не станет он так усложнять себе жизнь, — с грустью вспоминаю наш диалог в машине и понимаю, что новость о дочери, скорее, разозлила бы его, нежели обрадовала. — Для убедительности, если что, можно и соврать о её возврате.
— Ты неисправима! — цокает недовольно.
Я рассказываю ему вкратце о том, как преподнесла Роланду все события, чтобы он имел ввиду. Он злится на меня, снова ругает и пытается донести, что Ариане нужен папа. Тем более, когда её родной отец — достойный мужчина.
Я пропускаю все мимо ушей, стараясь не принимать слова близко к сердцу. Жить на пороховой бочке, в страхе, что сейчас все рванет и искалечит любимых людей — ужасная перспектива.
— Ты либо мне что-то не договариваешь о причинах своего нежелания, либо просто лишена рассудка, — качает головой, а после открывает файлы.
Я встаю сзади него и снова начинаю сверять все с данными на телефоне. Файлов оказывается в два раза больше, чем упомянуто в сообщении. И я решаю, что так даже лучше.
— Медея, ты понимаешь, что это? — поворачивает голову и смотрит на меня шокировано.
— Ничего не понимаю. А ты?
— Здесь информация о сделках, финансовых махинациях, — замирает, увидев другой документ, — Убийствах! — добавляет с ужасом, когда вникает в суть написанного.
— Это не наше дело, Рейн. Все файлы на месте, это главное, — говорю, отведя от него взгляд.
— Очевидно, раз здесь есть про жестокие убийства тридцатилетней давности, это данные не про Роланда.
— Он, конечно, гад, но не убийца, — подтверждаю его умозаключение, вытаскиваю флешку из ноутбука и прячу в сумку.
Понимаю, что, вероятнее всего, среди этих данных есть и про убийство моей семьи. Понимаю, что эти люди заслуживают самой страшной смерти. Но стараюсь искоренить из себя эти мысли. Сейчас я должна думать только о своём ребёнке!
— Ариана в руках этих людей? — хватает меня, когда я хочу отойти.
— Я не знаю, в чьих она руках. Единственное, что знаю, эта флешка поможет мне вернуть её.
