Когда они делают выбор за меня, исходя из собственного вкуса, я уже заранее знаю, что передо мной находится эгоцентричный человек, зацикленный только на себе. Это касается и свиданий в ресторане и походов в театр, и, в том числе, постели.
Я с такими играюсь недолго, быстро наскучивают.
— Думаю, пора перейти к делу, — выпрямляется в спине и становится серьёзнее.
— Мы ведь для этого и встретились.
— Смотрела фильм ""Угнать за 60 секунд""?
— Да-а, — непонимающе хмурю лоб.
— Вместо пятидесяти девушек, нам нужно шесть.
Девушки — это машины. А в фильме девушек крадут.
Пребываю в шоке и в легком недоумении, что такое дело коснулось меня. Ведь всегда кажется, что подобное бывает только в кино."
"Когда я зашла сюда и увидела бар, я предположила, что мне предложат перевозить алкоголь без акцизы из других регионов. Но, чтобы мне предложили угонять автомобили — такое даже в голову не приходило.
Сижу, переосмысливаю его предложение, осознавая всю тягость преступления. А после вспоминаю никчёмное денежное вознаграждение.
— И это за тридцать тысяч? Издеваешься?
— А у тебя хороший аппетит для новичка. Полтора миллиона за одну девушку — это окончательная цена!
От сочетания слов ""полтора миллиона"" меня бросает в жар и хочется откашляться, дабы не потерять дар речи. Тридцать тысяч были не в рублях, а, очевидно, в долларах.
— За одну? Ты же сказал шесть! — решаю перекрутить ситуацию так, чтобы не прослыть дурой, которая согласилась прийти сюда из-за рублей.
— Нет, с тобой будут ещё люди, — понимающе улыбается.
— Тогда, это другой разговор, — вздыхаю с облегчением, понимая, что выкрутилась.
— Так что ты скажешь?
— Я бы хотела подумать.
— У тебя время до вечера.
Принимаю его срок. А после, мы сидим с ним ещё пару часов за простым общением друг с другом. Смеемся, улыбаемся, не переставая. Да только улыбки наши наиграны и не имеют ничего общего с истиной радостью. Они под нашим контролем и появляются лишь для того, чтобы заиграть и заманить к себе.
После деловой встречи, что плавно перетекла в свидание, мы прощаемся, и я еду домой.
Всю ночь пытаюсь разубедить себя давать согласие. Но это оказывается бесполезным. Всей душой, каждой клеточкой своего тела я хочу именно этого безумства. И я соглашаюсь на него, понимая, что это привнесёт не только буйство красок в мою жизнь, но и подарит возможность помочь родителям с долгами, которые порой душат, лишая возможности жить.
Утром следующего дня, я снова стою у входа в бар и жду Демида.
