От чего-то мне становится не по себе, и мне больше не хочется подслушивать разговор. Разворачиваюсь и тихо, на цыпочках, иду к другой комнате. Я прогуливаюсь вдоль старых стеллажей, заполненных книгами, когда Роланд зовёт меня обратно.
Выхожу к ним в гостиную и вновь встречаюсь с улыбкой Эрнеста. Она настолько обволакивает меня, что все неприятные мысли сами выветриваются из меня.
— Нам пора! — заявляет Роланд.
— Уже уходите? — с сожалением интересуется мужчина. — Останьтесь, Наталия скоро придёт и испечёт свой фирменный пирог.
— Нам, правда, пора. Сегодня важное собрание. Если позволите, я бы с радостью ещё приехал вас навестить! — Ханукаев проходит к Эрнесту и протягивает руку.
— Конечно, Роланд! Всегда буду рад видеть, — пожимает ему руку. — Только не забудьте, что никто больше не должен обо мне знать, — обращается к нам двоим.
Роланд обнимает его и прощается с ним, я следом пожимаю руку. Этот человек настолько притягивает и оставляет приятное послевкусие, что хочется остаться ещё. Но увы.
Дверь в дом открывается и, подняв глаза на входящего, я сталкиваюсь лицом к лицу с отцом.
Он замирает на месте, рассматривая шокировано всех присутствующих, а после разочаровано смотрит на меня. Его взгляд бешеной волной захлестывает меня с головой. Я забываю, как говорить, как дышать, как думать.
— Здравствуйте, — приветствует его Роланд, протягивая руку.
— Здравствуй, Роланд, — с досадой и разочарованием приветствует мужчину, оторвав от меня взгляд.
Я подхожу к нему, поприветствовав, обнимаю его и хочу объясниться.
— Я вечером заеду к тебе, поговорим, — отвечает сдержанно, отстраняя меня от себя.
— Я попросил её сопроводить меня. Нужна была её помощь, — вступается Роланд.
Ему, видимо, кажется, что отец может заподозрить меня в слежке и разозлиться, но на самом деле проблема заключается лишь в нем и в моем присутствии рядом с ним.
Папа криво улыбается, кивнув в ответ, и прощается с нами. Я виновато смотрю ему в глаза, хочу хоть что-нибудь придумать и сказать, чтобы избавить его от злости и тревоги, но знаю, что не смогу найти успокаивающих слов, поэтому просто выхожу из дома, следом за Роландом.
— Он не узнает, что ты за ним следила, — видимо, заметив мое подавленное состояние, пытается успокоить Ро.
— Дело не в этом мужчине, — сажусь в автомобиль. — Дело в тебе, — заявляю прямо, как только он садится за руль.
— Во мне? — удивляется и широко улыбается. — Родители не знают, что ты дружишь с плохими мальчиками?"
"Игнорирую его вопрос.
