Она потеряла дар речи — в прямом смысле этого слова. Прошло уже больше десяти лет, а она до сих пор ни слова не произнесла. Однажды, ради неё, дядь Ренат готов был вернуть в дом жену, но Роланд был против. Лайла встала на сторону брата и дала всем понять, что против его решений не пойдёт, — нахмурив брови, Эмми слегка задумывается. — Как думаешь, она так поступила от большой любви или страха?
Не сразу даю ответ, пытаясь переварить всё ею сказанное, и разобраться в своих эмоциях, которые волнами бьют по стенам души.
— Разве возможно такое, чтоб ребёнок не хотел видеть родную маму? — интересуется следом.
— Мы никогда не были в той ситуации, в которой были Роланд и Лайла, и не видели то, что видели они, поэтому невозможно рассуждать на тему того, что может быть, а чего нет.
— Чтобы не было, она их мама. И думаю Лайла скучает по ней, но боится гнева брата.
— Ты можешь об этом лишь гадать, дорогая.
Спорить и доказывать обратное людям, которые убеждены, что Роланд — зло, бессмысленно, поэтому даже не пытаюсь переубедить сестру.
Для себя я сделала определенные выводы и этого хватит.
— Нужно ведь уметь прощать, — с грустью произносит Эмми.
— Нужно кому? И кто умеет искренне это делать? — всегда начинаю свирепеть, когда слышу подобные изречения.
Искренне считаю святыми тех, кто умеет по-настоящему прощать. Тех, кто не держит обид, не желает зла и не радуется неудачам обидевшего. Тех, кто умеет отпускать человека и вспоминать его добрым словом. Я таких людей ещё не встречала и не питаю надежд, что когда-нибудь встречу или стану одной из них.
— Нужно для самого человека. Может, Роланд такой грубый и глубоко несчастный человек, потому что до сих пор держит обиду на маму, — задумывается. — И ты…
— Что я? — с удивлением смотрю на неё.
— Нет, ничего, — вдруг начинает виновато качать головой.
— Продолжай, Эмми. Ты меня тоже считаешь грубым и глубоко несчастным человеком, потому что я не умею прощать предателей?
— Только несчастной, — исключает из меня грубость. — И не только предателей, но и себя.
В комнату заходит тетя, прервав разговор, заходящий слишком глубоко. Она зовёт нас в зал, сообщив, что принесла с собой альбомы с их детскими фотографиями. Радуюсь данной новости, ведь все наши альбомы затерялись при переезде, когда мне было около девяти лет. Я никогда не видела своих детских фотографий и, кстати, фотографий родителей, бабушек и дедушек тоже не видела.
Мы входим в гостиную, где на полу уже были разложены с десяток альбомов.
