Нет, никто бы не заметил, знала только я, что две машины спереди и сзади — это сопровождение и вертолет, летящий над трассой это тоже охрана. Усиленная. Что ж иногда вещи бывают настолько дорогими, что их нужно охранять, но при этом они все же остаются вещами."
"Прошло около получаса, а мы все ехали. Я посмотрела на часы. Вылет В Лондон через час, хоть это и личный самолет Ника все же мы опаздываем. Посмотрела в окно и сердце тревожно забилось. Мы едем по загородной дороге и совсем не в сторону частного аэропорта.
Еще несколько минут я напряженно всматривалась в указатели, скорей всего едем другой дорогой, возможно в целях безопасности. Только внутри грызла неясная тревога. Когда мы проехали блок пост перед закрытой зоной, и дальше пошла полностью глухая местность без указателей я судорожно сглотнула — меня не везут в аэропорт. Я резко повернулась к Дэну.
— Куда мы едем?
Он отвернулся к окну.
— Куда мы, едем, черт вас раздери??? Я опаздываю на самолет. Немедленно вернитесь на трассу.
Я толкнула его в бок, потом повернулась к другому охраннику, он бесстрастно смотрел вперед, поправляя наушник от рации.
— Да, въехали на Нейтральную. Все понял. Отзывайте вертолет. Мы почти на месте.
Мною овладела паника, я испуганно смотрела по сторонам, судорожно вцепившись в сумочку.
— Что происходит? Вы меня похитили да? Я прошу немедленно вернуться обратно. Мой муж. Он все узнает, он порвет вас на части. Вы обязаны исполнять его приказы. Вы…
Дэн медленно повернул голову ко мне:
— Госпожа, это и есть его приказ.
Мы четко выполняем указания Князя.
Внутри все похолодело. Я стиснула пальцы с такой силой, что побелели костяшки. Когда-то я уже слышала эти слова…
""Мы выполняем указания Вашего мужа, Госпожа""… После них моя жизнь превратилась в Ад из которого я выбиралась потом очень долгое время, когда тот, кого я люблю превратился в моего Палача. Ник выполнил свое слово — мы пошли по новому кругу моей персональной агонии.
Глава 7
После ссоры с Марианной не хотелось оставаться дома ни на минуту.
Стены давили на сознание, а воздух казался слишком тяжелым. Или, может, это все-таки были не стены дома, а чувство вины, прочно укрепившееся внутри и с каждой секундой разраставшееся все больше. И я боялся, что еще немного, и оно заполнит меня всего и заставит подняться наверх и подолгу стоять на коленях перед Марианной, вымаливая прощение. Поэтому поспешно выскочил из дома и сел в машину, стараясь не смотреть на окна спальни.
