Нужно собирать семью, и, как всегда, в таком случае в Братстве поднимались все. Похороны бессмертных стремительны. Нужно рассылать сообщения. Влад не хотел этого слышать, он метался по коридору как раненый зверь. У него отнимали надежду. Она ведь была. Влад помнил, как много лет назад кровь Самуила вернула Ника к жизни. Кровь родного отца. И вдруг его осенило, он бросился к Фэй:
— Все не то, не то. Кровь не просто родственника, а родителей или ребенка. Сэми, Ками, Ярослав. Их кровь. Да. Давай попробуем Фэй, я тебя умоляю.
Ведьма рывком обняла его и, рыдая, прошептала, что уже слишком поздно.
— Попробуй, заклинаю тебя. Просто попробуй. Они все здесь. Если не получится…
— Они малы, их организмы перестраиваются. Да, внешне они зрелые, но как вампиры ничтожно маленькие. Это может навредить детям.
— Это мы будем решать, — послышался девчачий голосок, и Влад вместе с Фэй резко обернулись.
Камилла держала за руку Самуила и Ярослава:
— Мы попробуем. Мы так решили. Если каждый из нас отдаст часть крови, нам это не навредит.
Мы решаем.
***
По тонким трубкам ярко алая кровь детей, перетекала в безжизненные тела родителей. Фэй смотрела на мониторы с прямыми линиями и судорожно вздыхала. Сначала на один, потом на другой, и по ее щекам катились слезы. Влад физически ощущал, что она уже не видит смысла бороться. У Влада замирало сердце, когда он смотрел на все еще переплетенные пальцы рук, которые так и не удалось разжать. Из-за этого кровати придвинули вплотную к друг другу.
— Все… — тихо прошептала она.
— Хватит.
Выдернула иглу с тонкой руки Камиллы, потом с маленькой ручки Ярослава и из вены Самуила. Посмотрела на Влада.
— Созывай всех. Мы разогрели тела, подняли температуру комнаты до невозможного. Распад начнется очень быстро. Мы не успеем их…
Что-то тихо пикнуло, и она обернулась на прибор, возле головы Марианны. Тонкая линия пустила небольшую волну. Потом еще одну… и еще. Монитор возле Ника все еще показывал ровную прямую. Фэй замерла. Теперь все смотрели то на один экран, то на другой.
В этот же момент появились волны на втором мониторе. Запищали датчики пульса и сердцебиения. В той же последовательности. Сначала ее, потом его. Словно эхо.
""Одно сердце на двоих"" — почему-то подумал Влад и сильно сжал руку Марианны, посмотрел на брата. Пока смерть не разлучит нас — это не про них"".
Зверь попался в капкан и уже никогда из него не выберется, даже если этот капкан будет добровольно открыт, он останется внутри, в этом плену. Капкан — это его выбор.
